Демократия и мифы

Доцент кафедры теории и истории международных отношений университета Дружбы народов Олег Петрович-Белкин (двойная фамилия, а не отчество, как может показаться) в своём блоге в “Снобе” разбирал, видимо, распространенные в РФ мифы о демократии:

  1. Демократия никак не влияет на темпы экономического роста;
  2. Динамичный экономический рост Китая продемонстрировал несостоятельность демократии и либерального миропорядка (первые два тут);
  3. Автократические Россия и Беларусь выиграли экономическое соревнование у демократической Украины
  4. Уровень жизни конкретного человека никак не зависит от демократии и свободы (два следующих);
  5. Демократия и свобода – недостижимый идеал. Демократии нет нигде в мире (пятая);
  6. Наличие демократических прав и свобод слабо влияет на внешнюю политику государства.

Судя по самим постам, комментариям под ними и высказываниям в социальных сетях ошибочные представления о демократии довольно распространены. Проблема с заблуждениями и выборочной трактовкой фактов в том, что это даёт серьезные аргументы оппонентам, т.к. замалчивание фактов воспринимается или как ложь, или слабое знакомство с вопросом.

Петрович-Белкин правильно определяет демократию как возможность вменить власть и тем изменить внутреннюю и внешнюю политику в ходе свободных выборов. Но уже в первой заметке путает демократию и общее положение дел в западных демократиях.

Первое, что следует учесть, что верховенство права, личные права и свободы и рыночная экономика к демократии имеют косвенное отношение. Да, часто они сочетаются с демократией, но совсем не обязательно.
Возьмем к примеру афинскую демократию. “Демо-кратия” – власть “демоса”, т.е. свободных взрослых мужчин, которые несут ответственность за свои решения, участвуют в войнах, если за них проголосовали, регулярно избираются на всякие должности, прiчем это может быть им крайне финансово невыгоднo. Кто лишен избирательных и почти всех остальных прав? Женщины, иностранцы, рабы. По стандартам 20 века такое государство не назвали бы демократическим. Да и экономический строй там назвали бы рабовладельческим, а не рыночной экономикой.
Если народ проголосовал за изгнание, то выдающиеся государственные деятели изгоняются. Сократ был, также “демократически”, осужден на смерть. Как в случае остракизма, так и с преследованием Сократа мы имеем разное отношение к разным людям, применяются отнюдь не одни стандарты, т.е. верховенства закона не было и в помине.

Итак, демократия обеспечивает смену власти в ходе выборов, но на этом она заканчивается. Западный уровень прав и свобод (если мы вспоминаем до-корона-вирусную жизнь, а не нынешний авторитаризм) и западное благополучие к демократии отношения не имеют.

Потому ошибочно говорить о “спектре” демократии. Нет никакого спектра, есть бинарное разделение: или страна может сменить правительство в ходе выборов, или нет. В первом случае страна оказывается в группе демократий, во втором – нет.

Когда мы говорим об уровне жизни, о благополучии, то при прочих равных к нему быстрее прийти с помощью рыночной экономики. Последняя может сочетаться с ограничением прав и свобод в некоторых сферах или для некоторых категорий населения, может сосуществовать с коррупцией в политических вопросах, с дискриминацией (Америка в разные периоды 19 века пример двух последних пунктов) и т.д.

В послевоенной Германии не было и нет свободы слова (ограничения были то против нацистов, то против коммунистов, то против несогласных с массовым завозом искателей халявы), да и в Англии последние 35 лет по сути тоже, а в последние 15 лет свободу слова по сути умножили на ноль, в Австралии до сих пор нет билля о правах, в Канаде Хартия прав и свобод была принята в 1982, т.е. всего за 9 лет до падения СССР. При этом эти страны имели рыночную экономику и входили в число западных демократий (с полным на то основанием – ведь власть менялась в ходе выборов).

Однако в общем и целом разумные люди во время выборов отдают предпочтение той политике, которая им лично выгодна. Что означает поддержку тех партий, которые стоят за рыночную экономику. Да, избиратели могут не сразу понять, к чему по сути ведет та или иная политика, могут купиться на смазливую внешность или популистскую риторику, но реальность заставляла их (до сих пор! я не рискну утверждать, что так будет и в обозримом будущем) раз за разом – когда на следующих выборах, когда через раз или два, – возвращаться к здравому смыслу в своих электоральных предпочтениях.

Если мы надеемся, что в стране, где, например, большинство населения за буквальное прочтение Корана, можно создать нечто подобное европейской “либеральной демократии”, то нас ждет разочарование. Выборы в такой ситуации могут привести к власти только исламистов, которые здорово ограничат рыночную экономику и права женщин. И демократия в этом нисколько не повинна. Она всего-лишь механизм, а не результат. Если же пытаться выдать демократию за гарантию благополучной жизни, то обман быстро раскроется. И обманутые будут здорово злы на обманувших.

Это критически важно понять, что богатство создается рыночной экономикой, а не “рентой” или демократией. Именно рыночные реформы на фоне трудолюбия китайцев обеспечили огромный рост благосостояния. Если бы вместо свободы экономической деятельности в Китае устроили бы бюрократический бардак, как в СССР, то китайцы жили бы заметно хуже сегодня. Потому что степень вмешательства государства в экономику и степень налогообложения негативно влияют на экономическое развитие. Перестроечный Союз выбрал – видимо, по недопониманию, в том числе среди западных экономических советников, – ту дорогу, которая и привела к нынешней авторитарной клептократии на большей части бывшего СССР. Но это всегда можно изменить.

Особенности китайской культуры, воспитываемые веками, – трудолюбие, личная скромность, следование нормам, – помогли китайцам концентрироваться на повышении благосостояния в течение нескольких послевоенных десятилетий на Тайване, и с 1965 в Сингапуре концентрироваться исключительно на рыночной свободе, не имея толком свобод политических. То же самое мы наблюдаем в современном Китае под властью коммунистов.

Точно такое же непонимание касается украинской бедности. Дело не в демократии, а во вмешательстве государства в бизнес. Если мы посмотрим на рейтинг легкости ведения бизнеса в странах бывшего Союза (и некоторыx соседниx странаx), то обнаружим, что РФ – на 4 месте, Беларусь – на 10, а Украина – на 17 (это региональное распределение мест, а не мировое). Понятно, что это не единственный критерий, но благосостояние россиян относительно украинцев определяется не только продажей ресурсов за рубеж, но также тем, что в РФ легче вести бизнес, меньше бюрократических препятствий, чем в Украине. И за счет этого более высокий уровень жизни.

Олег Петрович-Белкин вместо развенчания мифов озвучил еще один современный миф – о важности равенства для благополучной жизни. Он использует коэффициент Джини для того, чтобы заметить, что в некоторых западных странах неравенство доходов невелико, сравнительно со странами Африки и Латинской Америки. Однако он при этом игнорирует, что в США коэффициент Джини выше, чем в Канаде, как и уровень доходов или ВНП на душу населения. Да и свободы в Америке больше, чем в Канаде, и действует она дольше (американский Билль о правах принят в 1791, а канадский аналог, напомню, в 1982).
Ничего “справедливого” в том, чтобы забирать часть дохода у того, кто произвел, чтобы отдать тому, кто не производил, нет. Если мы осуждаем рабство и крепостное право, то поддерживать нынешнее налоговое ограбление оснований нет.

Итак, что же хорошего в демократии, чем она ценна для обычного человека? При прочих равных она даёт ему больше контроля за политикой страны, даёт шанс хоть как-то повлиять на решения властей. Это в целом повышает шансы страны на более частый выбор правильных решений.

Однако важно постоянно помнить, что политические свободы – в одной плоскости, экономические – в другой. Можно иметь первые, не имея вторых, можно – наоборот, можно не иметь ни тех, ни других, а можно – и те, и другие.

Независимый суд – дело хорошее, но решения суда по вопросам личных свобод могут быть совсем не теми, что в вопросах экономики или политической процедуры (в Канаде, к примеру, в последний год суды поддерживают все карантинные меры властей, но требуют соблюдения демократических процедур в политике). Плохо, когда суд полностью подчинен властям, а в той части, где властям решение безразлично, коррумпирован. Потому – теоретически, – при демократии легче обеспечить независимость суда. Но как показывает нынешний пример Австралии, демократия может быть куда тоталитарнее, чем не-демократичная страна (Сингапур). (*1)

Однако стоит еще раз отметить, что смена власти во время выборов может проходить и при заметных ограничениях свободы слова, при запрете озвучивать некие позиции, ограничениях некоторых других прав и свобод. И даже такая “кастрированная” смена власти даёт шанс на постепенные изменения в будущем, мирные политические, “эволюционные” изменения. Без революции, распада страны и гражданской войны.

Отказ же демократии делает мирную смену курса в стране невозможной. Одновременно это означает достаточно долгое усугубление ошибок, т.к. коррекция курса после выборов, чтобы уменьшить негативные последствия каких-то политических и/или экономических решений, практически невозможна – у власти продолжают находиться те, кто эти ошибки совершили. Признать же собственную ошибку всегда труднее, чем ошибку чужую.

Так что те, кто опасаются будущей гражданской войны или распада РФ, те, кто хочет большего благосостояния для себя и всех окружающих, кто хочет минимизировать ошибки властей, должны выбирать демократию и рыночную экономику. А в долгосрочной перспективе – сохранение рыночной экономики без демократии кажется маловероятным, т.к. вцепившиеся во власть со временем проявляют всё более и более очевидное желание контролировать как можно большую часть экономики. Что разрушает рыночные механизмы.

Footnotes:
*1 – Безусловно, сегодняшнее шизофреническое состояние в Австралии должно разрешиться – или страна полностью откажется от формальной демократии, или отменит все безумные решения властей, признает их неверными и примет Билль о правах и свободах. Что выберут австралийцы – и в первую очередь элита страны, – гадать не решусь.

About khvostik

Это блог для тех, кто как и автор, предпочитает разбираться, а не верить. Что неизбежно приводит к отсутствию столь любимой многими однозначности и лёгкости при чтении. Мы живём в мире, где всегда есть "с другой стороны" (а нередко и "с третье", "четвертой" и т.д.). Потому некоторые тексты получаются длинными и отнюдь непростыми, т.е. требуют интеллектуальных усилий и от читателей. Что в свою очередь резко ограничивает аудиторию - любители задуматься толпами не ходят. Теперь собственно об авторе: живу в Канаде, в пригороде Торонто. Человек правых взглядов, мировоззренчески близкий к либертарианцам (направление, отстаивающее максимальную личную и экономическую свободу), но не состоящий ни в каких партиях. Стараюсь не повторять сказанное другими, во всяком случае в той мере, в которой знаком с этими мнениями (нельзя исключить, что во многих случаях к сходным выводам пришли и другие). На истину в последней инстанции или постоянную правоту не претендую, довольно часто ошибаюсь, но честно пытаюсь разобраться в вопросе, несмотря на собственную предвзятость и ограниченные знания. Хвостик - это имя кота. К автору проще обращаться по имени - Иван :)
This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.