Скорбь в политике

В 1969 году психолог из Чикаго предложила модель пяти стадий горя. Предполагается, что смертельно заболевшие и их близкие (как в последние месяцы жизни больных, так и в течение месяцев, а то и лет после смерти) проходят через следующие этапы (подробнее, если интересно, можно узнать из статьи в русской Википедии по ссылке выше):
Первый этап — “Отрицание и изоляция”;
Второй — “Гнев”;
Третий — “Торговля”;
Четвёртый — “Депрессия”;
Пятый — “Смирение”/”Принятие”.

В научных кругах скорее присутствует сомнение в эмпирической достоверности предложенной модели. Поскольку даже те, кто принимают гипотезу об этапах тяжких переживаний, подчёркивают, что линейности и вообще какой бы то ни было очерёдности нет, понятно, что скептики скорее всего правы. При этом практики, например, работающие с раковыми пациентами, не акцентируются на моделях, но перечисляют по сути те же признаки, что и Элизабет Кюблер-Росс в “пяти стадиях”. Причина, по-видимому, в ограниченном выборе реакций, которые может проявлять человек.

Интересно, что после поражения Трампа на президентских выборах в ноябре 2020 года, многие люди правых взглядов, не только американские республиканцы, но и консерваторы и либертарианцы в Канаде и Израиле (и не только!) демонстрировали сходные реакции на исход выборов, словно на смертельную болезнь или смерть близкого.

В социальных сетях, например, MeWe, куда перебрались многие ушедшие из ФБ, и через месяц после инаугурации Байдена продолжают говорить об “украденной победе”, и о том же пишут многие в комментариях на сайтах правых (например, American Greatness) и центристских изданий (Real Clear Politics).

Нет сомнений, что выборы 3 ноября 2020 прошли не так, как предыдущие, что правила игры во многом изменили, но при спокойном анализе выясняется, что винить республиканцы и Трамп должны в первую очередь себя. Подсчёты показывают, что Трампу для победы не хватило 43 тысяч голосов в Аризоне, Висконсине и Джорджии (подозреваю, что в этих штатах Трамп потерял в разы больше голосов из-за привычки ругаться в Твиттере со всеми подряд).

Так в Джорджии Трамп уступил Байдену 12 тысяч голосов, а республиканцы при голосовании в Палату представителей получили на 28 тысяч голосов больше, чем Трамп. В Висконсине республиканцы получили на 50 тысяч больше голосов, чем Трамп, который уступил Байдену 21 тысячу голосов. В Аризоне Трампу не хватило 11 тысяч голосов, но поддержка республиканцев в этом штате была ниже, чем Трампа. Зато в Пенсильвании республиканцы обошли демократов на 85 тысяч голосов, тогда как Трамп уступил Байдену 80.5 тысяч.

Поскольку политическое расслоение в Америке, – и на всем остальном Западе, – велико, то в значительном проценте случаев правые толком не общаются с левыми, потому им кажется, что все поддерживают их кандидата. А если добавить полное отсутствие людей на предвыборных митингах Байдена и многолюдность митингов в поддержку Трампа, то иллюзии большинство на нашей стороны и обмана со стороны противников, “украденной победы”, становятся психологически объяснимыми.

И когда после утверждения результатов во всех штатах, а потом голосования Коллегии выборщиков 14 декабря 2020, а потом и утверждения результатов этого голосования Конгрессом 6 января 2021, и, наконец, инаугурации Байдена 20 января, реальность вошла в конфликт с представлениями людей, многие отказались принимать эту реальность. “Нет, этого не может быть! Это ложь!” – реакция на смерть близкого или проигрыш “твоей” партии оказывается похожей. Реакции могут быть разными – отрицание, гнев, ярость, опустошённость, измотанность, неверие, страх, печаль, одиночество, вспыльчивость. Дело не в конкретном проявлении, а в том, что по сути это аналог глубокой скорби, испытываемой человеком, узнавшим о смертельной болезни, собственной или близкого, – нежелание принять реальность, а часто и неприкрытый гнев.

Одновременно отрицание реальности демонстрируют вроде бы спокойные публицисты, когда заявляют, что у консерваторов всё в порядке. Тут сама собой вспоминается песенка “Всё хорошо, прекрасная маркиза!”. Проблема же есть и серьёзная: республиканская партия в начале 2021 года находится в худшем состоянии, чем если бы Трамп проиграл в 2016, в партии имеется заметный внутренний раскол между сторонниками Трампа и его противниками (тоже республиканцами), отношение корпоративных спонсоров в республиканцам резко ухудшилось.

В ходе предвыборной кампании 2020 года пожертвования Трампу уступили пожертвованиям Байдену – в 4 раза, в Сенате по суммам пожертвований республиканцы уступили демократам в полтора раза, а в Палате представителей – всего 10%. Чтобы было понятнее, почему озвученные результаты плохи, посмотрим на выборы 2016 года, имевшие иной финансовый расклад: Трамп получил 81% от размера пожертвованного Клинтон, в Сенате демократы обошли республиканцев на 20%, а в Палате представителей – республиканцы обошли демократов на 10%. При этом из 25 крупнейших жертвователей на последнюю избирательную кампанию 14 поддержали республиканцев, то есть резко сократилось количество не самых крупных пожертвований, коль в целом ситуация настолько изменилась в пользу демократов.

И не будем забывать, что после неудачного предложения Трампа “мирно и патриотично” зайти в Капитолий 6 января 2021 года, левый агитпроп числит всех правых потенциальными “террористами”. Для партии “закона и порядка” такое обвинение – удар под дых (а вот партии “революции” обвинение в беспорядках скорее уж льстит).

Одним словом, поводы горевать у республиканцев имеются, так что же с этим делать?

Один из самых известных специалистов в вопросах нормальной и патологической скорби в связи с утратой профессор Колумбийского университета Джордж Бенэноу (вроде так должна произноситься его фамилия, а не Бонанно) в одной из статей отмечает, что:

  • – у многих людей имеется психологический механизм устойчивости (русский термин – даже не калька, а транслитерация английского, – не самым удачным образом пытается передать, что “resilience” может означать не только свойство характера, выдерживающего удары судьбы, но и упругость резинового мячика, отскакивающего от стены и способного восстановить свою форму уже через долю секунды после удара);
  • – восстановление после тяжёлой утраты базируется на совсем иных принципах, чем устойчивость к стрессам;
  • – справиться со скорбью помогают повышение самооценки, положительные эмоции, смех.

Один американский психиатр предлагает несколько дополнительных пунктов:

  • – вопросы, касающиеся источника скорби, должны быть хорошо проговорены;
  • – люди должны чувствовать, что у них есть эмоциональная поддержка;
  • – важно помочь скорбящим реинтегрироваться в общество.

Понятно, что ощущение тяжкой утраты после поражения Трампа на выборах возникло у людей, испытывавших к 45-ому президенту сильные положительные эмоции, а не у тех, кто поддерживал его исключительно за сделанное, без какой бы то ни было эмоциональной привязанности (а то и вопреки личной неприязни). И предложения, представленные ниже, будут касаться именно этой группы.

Скорее всего, первый шаг для исцеления – выговориться перед теми, кто испытывает те же чувства, и услышать об их переживаниях. Групповая терапия для этого не нужна, нужен круг единомышленников, с которыми нужно встречаться в реале. Плевки в Байдена и демократов в интернете, на мой взгляд, не помогут.
Потому нужно вылезать из интернета в мир и поскольку постепенно карантинные ограничения снимают, начинать встречаться с людьми, можно и с теми, с кем общались в соцсетях, а можно искать их, к примеру, в местном отделении республиканской партии. Видимо, для удобства и безопасности предпочтительнее все телефоны на время встречи убирать в какую-то коробку, чтобы ни у кого не возникло искушения записать чужие исповеди и намеренно или по глупости испортить другим жизнь.

Поскольку к признакам скорби относятся и чувства одиночества, отверженности, никчёмности, создание группы просто необходимо.

Страх и неверие в собственные силы проще преодолеть, если действовать сообща. Когда человек один, страх одолевает его быстрее, а собственные силы кажутся ничтожно малыми. Создание круга единомышленников, – как минимум, частично, – снимает эти проблемы.

Важно избегать дискуссий и взаимных обвинений во время подобных встреч. Начать обвинять друг друга в тяжёлой ситуации – гарантированно усугубить проблему и дольше искать решение (и скорее всего его не найти!). Не отвергать нужно, а поддерживать друг друга, искать рациональное зерно в каждой позиции, пытаться использовать его для дела, вне зависимости от того, на 100% согласен с ним или на 99% не согласен.

По собственному опыту знаю, что смех в процессе поиска решения проблем здорово помогает расслабиться, сближает группу и ускоряет генерацию новых идей.

Есть куча действительно огромных проблем у правых в Америке (и на Западе в целом), – негативный настрой большинства СМИ, неприязнь “звёзд” и большинства корпоративных начальников, левацкая промывка мозгов в школах и университетах, так что всё больший и больший процент в каждом следующем поколении симпатизирует социализму и всевластию правительства, и т.д., – которые нужно решать. С наскока эти проблемы не решить, простых решений “в один ход” нет и не может быть. Придётся придумывать сложные, “многоходовые”, долгосрочные стратегии и тактики для действий на разных уровнях. И для этого нужны и те, с кем имеются отдельные разногласия, потому что именно эти люди с иной точкой зрения могут помочь лучше понять как психологию противников, так и причины поддержки избирателями тех или иных лозунгов левых. А также почему некоторые логичные предложения не вызовут энтузиазма/поддержки у оболваненной левой пропагандой публики.

Гнев, ярость, возмущение, вспыльчивость – сильные эмоции, которые трудно контролировать. Но их можно использовать и во благо – не для ругани в интернете, а для того, чтобы сконцентрировать больше сил на достижении цели. Делать пожертвования, искать сторонников, организовывать встречи, искать в книгах новые подходы и методы, адаптировать известные технологии и методики из других сфер к социально-политической реальности и многое другое требует времени и сил. Гнев может помочь найти эти силы, перенаправить их в конструктивное русло.
Гнев также может “помочь” испортить отношения с окружающими. Легко догадаться, какой путь продуктивнее.

Одним словом, у правых, особенно американских республиканцев, есть достаточно поводов горевать. Потому их нежелание признавать реальность и гнев психологически объяснимы. Но если ничего не делать, то скорбь затянется на месяцы и годы, так что не получится выиграть следующие выборы (в Штатах – в Палату представителей в 2022), и правым будет только хуже. Потому стоит искать способы изменить ситуацию, а не изображать из себя жертв, ведь последнее куда лучше получается у левых! Если мы, правые, за свободу действий и личную ответственность, то стоит продемонстрировать это на деле, n’est-ce pas?

About khvostik

Это блог для тех, кто как и автор, предпочитает разбираться, а не верить. Что неизбежно приводит к отсутствию столь любимой многими однозначности и лёгкости при чтении. Мы живём в мире, где всегда есть "с другой стороны" (а нередко и "с третье", "четвертой" и т.д.). Потому некоторые тексты получаются длинными и отнюдь непростыми, т.е. требуют интеллектуальных усилий и от читателей. Что в свою очередь резко ограничивает аудиторию - любители задуматься толпами не ходят. Теперь собственно об авторе: живу в Канаде, в пригороде Торонто. Человек правых взглядов, мировоззренчески близкий к либертарианцам (направление, отстаивающее максимальную личную и экономическую свободу), но не состоящий ни в каких партиях. Стараюсь не повторять сказанное другими, во всяком случае в той мере, в которой знаком с этими мнениями (нельзя исключить, что во многих случаях к сходным выводам пришли и другие). На истину в последней инстанции или постоянную правоту не претендую, довольно часто ошибаюсь, но честно пытаюсь разобраться в вопросе, несмотря на собственную предвзятость и ограниченные знания. Хвостик - это имя кота. К автору проще обращаться по имени - Иван :)
This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , , . Bookmark the permalink.

5 Responses to Скорбь в политике

  1. Mishel Tabachnick says:

    Разумно и соответствует нынешней ситуации..В секторе того что называют правой идеологией не просто кризис, а растерянность граничащая с паникой. И это при том, что избиратели качнулись в принципе вправо. В Европе правые превратились в аморфную массу без стрелки компаса. Республиканцы в США сами не понимают, где найти точку опоры. Есть ли предел этому разброду? Кстати, поговаривают о распаде каждой партии на две новых. Отсюда это кажется реальным. У демократов, например, явно вырисовываются настоящие большевики и меньшевики.

    Like

    • khvostik says:

      Мишель, согласен с оценкой: разброда и растерянности много. новые партии появиться могут – в Канаде появляются, т.к. консерваторы стали бледной тенью левых либералов, – но толку от раскола и без того находящихся в меньшинстве правых будет не особо много. новые партии довольно бестолково действуют. в Америке вроде бы Трамп снизил градус волнений среди республиканцев, отказавшись от идеи основать свою партию.
      поскольку американские демократы резко сдвинулись влево, то повода для раскола нет – и руководство, и безумные активисты дуют в одну дудку. другое дело, что они все дальше отрываются от избирателей. потому есть шанс, что народ поддержит республиканцев как менее сумасшедших, чем демократы. но пока говорить рано – еще есть время у правых организоваться или хотя бы начать делать дельные вещи, а не стенать по поводу неразрешимых проблем. правда, пока народ предпочитает в основном плакать и материться, а не сублимировать эмоции в конструктивное русло 😦 и это разочаровывает 😦

      Like

  2. Mishel Tabachnick says:

    Конечно, всё именно так… сейчас царствует демагогия, которая оказалась когда-то успешной для большевиков. И как когда-то удивляет до онемения неспособность большинства оказать ей должное сопротивление. Наоборот, стараются под неё подлаживаться поудобнее – за редким исключением. Кстати, хотел спросить Вас, что собой представляет институт Катона в Вашингтоне, который называют мозговым центром либертарианства, Это по поводу увольнения проф. Илларионова после известной Вам статьи о результатах выборов в США. Сайт “Эхо Москвы” перепостил об этом статью из интернетиздания “Континент” /Александр Ван Дорен: Неугодный профессор или как Вашингтонский институт свободы раздавил свободу слова/.

    Like

    • khvostik says:

      Мишель, действия института меня тоже шокировали. но есть нюанс: такое впечатление складывается по странице Илларионова в этом институте, что он за последние годы не написал ни одной статьи, так что не исключено, что они давно искали повод от него избавиться, т.к. он не был в достаточной мере полезным сотрудником. у них же бюджет не резиновый, если кто-то протирает штаны, ничего не делая, они не могут нанять другого человека на то же место. впрочем это мои спекуляции. быть может, статьи он писал в нужном количестве, а страница на сайте института не обновлялась помощниками.
      но в любом случае увольнение человека за статью из либертарианского института – это чудовищное нарушение принципов! никакого извинения им нет!

      Like

    • khvostik says:

      Поискал статьи Илларионова: одна нашлась на Google-scholar, 7 публикаций на
      https://www.researchgate.net/profile/Andrei-Illarionov-2, и еще 1 на русском на –
      https://www.academia.edu/37618533/Real_Exchange_Rate_and_Economic_Growth.

      На мой взгляд это не особо солидно для научного сотрудника – опубликовать последнюю научную статью в 2009 😦

      Like

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.