Правила морального суждения

Помимо достаточно частых реплик или еще более частых мыслей о том, что нам нравится или не нравится какой-нибудь человек, мы периодически выносим более серьезные моральные суждения. Например, о том, что некто – “вообще”/”в принципе” хороший или плохой человек, а то и святой или монстр, чудовище, эдакая современная реинкарнация Гитлера (интересно, что определиться с абсолютным злом человечеству проще, чем символом абсолютного добра, но это – тема отдельного разговора).
Проблема в том, что под видом морального суждения мы нередко предлагаем рационализацию, оправдание того, почему некто нам симпатичен или отвратителен.

Так можно ли найти какие-то более менее объективные правила, которые помогут выносить суждения, годящиеся для любых (или хотя бы – подавляющего большинства) взглядов на мир, а не какой-то одной (“единственно правильной”) идеологии? Рискну систематизировать то, что большинство людей, как мне кажется, давно знает (но не всегда четко осознает и о чем редко вспоминает).

Этические и моральные суждения (в данной заметке этика и мораль рассматриваются как синонимы) – как и всё, относящееся к множеству людей в одном, а то и нескольких разных обществах, – отличаются тем, что в них нет ничего однозначного.

С физическими или химическими законами всё четко: если при условиях ИКС мы, делая А, получаем Б, то сколько бы раз мы не повторяли опыт, сохраняя ИКС и А неизменными, мы всегда получим Б. с
Но социальные и, что еще больше усложняет ситуацию, психологические эксперименты точно воспроизводимые результаты не гарантируют: одинаковые условия и в лабораториях-то не создать, поскольку придут другие подопытные, с другим культурным багажом и отличным жизненным опытом, которые отнюдь не гарантированно будут реагировать также, как их предшественники. И если мы повторяем опыт с одними и теми же людьми, то они хоть немного, но меняются в ходе опытов (чему-то учатся, что-то запоминают – ведь стереть память о прежних опытах мы не в силах), потому их реакции будут во втором опыте не точно такими же, как в первом. Потому психологические эксперименты ставятся так, чтобы заметить только статистическую разницу в реакции двух групп на какие-то стимулы.

Если мы можем заметить большую склонность достаточно большой выборки людей, делающих Г при условиях ИГРЕК, чаще добиваться реакции Д, а не Е, исследователи говорят об этом как результате, который можно экстраполировать – с определенной статистической точностью, – на общество в целом (поскольку психологи-исследователи рекрутируют подопытных, par excellence, среди собственных студентов, то в подавляющем большинстве случаев наблюдения ведутся над образованными и обеспеченными молодыми людьми из развитых стран Запада, тогда как большинство человечества отнюдь не определяется этими характеристиками).

Итак, первое правило морального суждения – оно не может быть однозначным.
Если некто кажется святым или дьяволом, то вместо морального суждения мы продемонстрировали эмоциональную реакцию, которую выдаем за результат этического/морального анализа. Нет ни одного социопата, у которого не было бы хоть одной положительной черты. Если мы вспоминаем о Гитлере, то при всех совершенных им преступлениях, он любил животных (во всяком случае был вегетарианцем), не пил и не курил, также между 1933 и 1939 годами экономика Германии росла и благосостояние большинства немцев повышалось. И это не помешало ему быть самой яркой инкарнацией зла в новейшей истории мира.

Из этого можно сделать два следующих вывода: наличие положительных характеристик не означает, что человек хороший, а также то, что положительные и отрицательные характеристики желательно идентифицировать заранее, чтобы их можно было обсуждать в принципе, безотносительно связи с конкретным человеком.

Второе правило морального суждения: критерии суждения должны быть известны заранее и не могут меняться при оценке разных людей.

– Так что же нам делать, – спросит вдумчивый читатель, – можем ли мы говорить о том, что сострадание к животным (или воздержание от курения и выпивки) это хорошо, коль это оправдает монстра? А если я не вегетарианец, но люблю свою собаку или кошку, как тут быть?
Как всегда читатель прав. Потому нам нужно создать иерархию критериев, чтобы более важные не терялись в тени менее важных.

Третье правило морального суждения: то, что влияет только на одного человека, менее важно, чем влияющее на многих. И то, что резко ухудшает жизнь нескольких людей, нельзя оправдать небольшим улучшением жизни многих.

Из этого следует, что то, как оцениваемый меняет собственную жизнь, не столь важно, сравнительно с тем, как он меняет жизнь близких, а также дальних (если мы говорим о политике, правителе или общественном деятеле). И чем больше жизней меняются из-за действий оцениваемого, тем меньшее значение имеет то, как он ведет себя в приватной обстановке, какие требования предъявляет к самому себе.

Но как нам быть с резким ухудшением жизни преступников, которых сажают в тюрьмы, а то и казнят? Разве небольшое повышение качества жизни остальных (безопасности и охраны их собственности) может оправдать резкое ухудшение условий существования преступников? Что заставляет добавить следующее правило.

Четвертое правило морального суждения: человек расплачивается за последствия собственных действий, если последствия заранее известны и есть приемлемые альтернативы.

Естественно, нельзя ожидать, что человек может учесть последствия неизвестны, например, когда закон не применялся в течение 150 лет, а потом вдруг о нем решили вспомнить, чтобы использовать в политических целях.
Чтобы пояснить упоминание “альтернатив”, упомянем, к примеру, сталинский “закон о трех колосках”, который лишал буквально умиравших от голода колхозников какой бы то ни было альтернативы – никакой возможности иным способом получить еду не было. Потому нарушение подобного бесчеловечного закона не является аморальным проступком (это верно и для всех аналогичных законов, каравших кражу еду голодающими, в других странах). Тогда как совершению преступлений в благополучных западных странах уже лет 60 как есть приемлемые альтернативы, коими пользуются сотни миллионов людей.

Пятое правило морального суждения: оценивать нужно дела, но не слова.

Безусловно, для того, чтобы сказать любую гадость или глупость, нужно сознательное усилие, но все же заметно меньшее и менее продолжительное, чем для большинства дел, дающих нам основания для оценки. “Ляпнуть” под влиянием эмоций можно за секунду, а вот сделать что-то, существенным образом меняющее жизнь хоть близких, хоть дальних, требует часов, дней, а то и лет. Причем в отличие от слов, дела, негативно влияющие на других, требуется “подтверждать”, преодолевая несогласие, возражения или пассивное сопротивление исполнителей или страдающих. То есть делающий, как минимум, несколько раз подтверждает изначальное решение, что обеспечивает дополнительные возможности пересмотреть свою оценку и выбрать иное действие.

Очевидно, что можно выносить моральные суждения и о сказанном, но это не будет моральным суждением о человеке, т.к. конкретный человек не сделал ничего, чтобы подтвердить свою приверженность сказанному. Сказать легко, сделать сложнее. Потому покуда человек не сделал, ценность его слов невелика. Однако мы можем доказать себе и окружающим моральную ущербность или этическую несостоятельность какой-нибудь реплики. Но это будет суждение о словах, а не о том, кто их произнес.

Шестое правило морального суждения: Errare humanum est, потому по одному поступку выносить суждение нельзя, примеров сходного поведения должно быть несколько (желательно, больше двух, причем именно примеров поведения, а не повторения слов).

Видимо, тут уместно вспомнить библейское “кто без греха, пусть бросит первый камень”. Это высказывание предполагает, что оступившийся один раз не имеет права осуждать того, кто оступался десятки, а то и сотни раз, т.е. грех становится бинарной категорией – или его вообще нет, или он есть, и тогда грешник не может осуждать других грешников. С этической точки зрения это невозможный для следования максимализм, что и доказали последующие почти 20 веков истории христианства, которое данному поучению Христа не следовало нигде и никогда (если мы говорим не о паре минут всплеска желания покрасоваться собственной моральностью и какого-то монаха или прелата, но о периодах времени, измеряемых в годах).

Чем больше у нас есть примеров определенного поведения человека, тем точнее будет моральное суждение об этом поведении.

Но из шестого правила вытекает седьмое: после того, как мы нашли примеры какого-то поведения, нужно искать случаи, когда тот же самый человек вел себя иным, а еще лучше – противоположным образом.

Если примеров разного поведения слишком много (допустим, десятки), то предпочтение нужно отдавать случившемуся за последние несколько лет. Только тогда мы можем взвешенно оценить человека таким, каков он в настоящее время, а не каким он был когда-то.

И следующим шагом будет сравнение поведения того, кого мы пытаемся оценить, с поведением в аналогичной ситуации других людей (это восьмое правило).
Разумеется, если мы говорим о поступках правителя, допустим, президента страны, нужно сравнивать с поведением других президентов, предпочтительно той же страны, и желательно в максимально близкой культурно-исторической реальности. Или хотя бы кандидатов в президенты. Но не с собственным поведением в совсем других обстоятельствах.

Девятое правило морального суждения: нельзя сравнивать с самим собой и теми кого явно любишь или ненавидишь.

Подозреваю, что по поводу любимых или ненавидимых согласиться Вам, дорогой читатель, будет легко, а вот по поводу сравнения с собой – труднее, поскольку самих себя мы вроде бы знаем лучше, примеров собственных поступков можем привести заметно больше, чем поступков окружающих или известных людей современности или прошлого, так почему нельзя сравнить с собой?

Потому что как раз о себе у нас самое пристрастное мнение, которое искажается в нашем внутреннем восприятии заметно сильнее, чем в отношении других людей. Почему это так происходит? Потому что основная психологическая ось личности – это концепция “я – хороший” (это моё название, в англоязычной литературе есть близкий термин – “self-serving bias”, что можно перевести как “склонность сохранять положительную самооценку”). Упомянутая концепция сводится к тому, что в любых обстоятельствах люди склонны находить основания для того, чтобы продолжать считать себя “хорошим человеком” (безотносительно того, как именно определяется сей термин, какой-нибудь Шариков может полагать хорошим – душить котов, а для большинства людей такие действия хорошими не являются). И люди успешно находят, оправдывая собственные недостатки – внешними обстоятельствами, но не пытаясь найти такие же оправдания идентичным поступкам у других. Потому и получается, что сами себе мы кажемся “объективными”, а другие “предвзяты” или “объективны” пропорционально тому, насколько их мнение совпадает или противоречит нашему:

We are objective, our opponents are biased
Источник

Десятое правило морального суждения: каждый используемый критерий должен проверяться противоположностью.
Например, если мы оцениваем некое поведение, то полезно посмотреть на обратное поведение. Или если смотрим на результаты для одной группы, то полезно посмотреть и на результаты для противоположной группы. Если некое высказывание становится морально осуждаемым при замене того, кто действует или в отношении кого действуют, на другую группу, значит мы раньше не замечали моральной ущербности из-за собственной предвзятости. Например, в ситуации современной Америки можно менять “белое” и “черное” местами, чтобы проверить ущербность некоторых высказываний, а в Германии в в 1930-40-ых менять нужно было “евреев” и “немцев” или “арийцев” и “не-арийцев”.

Одиннадцатое правило: То, что не является поступком, но врожденной или иной неизменяемой категорией, моральному суждению не подлежит.
Представьте себе клептомана, не ворующего ради выгоды, прибыли или из мести или пакостности характера, но из-за болезни. Дело юристов – решать в каком случае клептомана можно судить, а в каком – нельзя. В любом случае если мы имеем дело с болезнью, мы не выносим моральное суждение. Из этого не следует, что мы одобряем кражу, но только то, что в некоторых измерениях, – в отношении воровства у клептомана, – мы иногда не можем провести адекватный этический анализ. Того же самого клептомана мы можем оценивать по множеству других шкал – доброте, альтруизму, патриотизму, добросовестности (за пределами склонности воровать) и т.д.

Двенадцатое правило морального суждения: Следует отделять человека от ситуации, потому что в неблагоприятных условиях люди склонны делать нетипичные для них поступки.
Если обстоятельства необычны, неопределенность высока, последствия неясны, люди с большей вероятностью совершат ошибку. А осуждать ошибки имеют право только те, у кого над головой заметный окружающим нимб и способность “ходить по воде, аки посуху”. Поскольку только эта, никогда не встречавшаяся в реальности группа, способна, – согласно некоторым, не подтверждаемым источникам, – отличить случайную ошибку от намеренного выбора зла в душе человека.

Тринадцатое правило морального суждения: если сделанное моральное суждение Вам каким бы то ни было образом льстит или возвышает, вынося его, Вы допустили ошибку.
Проверить это просто – посмотрите в зеркало, если улыбаетесь и довольны, значит сами себе польстили. Верно только суждение, которое оставляет Вас безразличным к результату. По этой самой причине к верным моральным суждениям мы, люди, приходим крайне редко.

UPDATE: Четырнадцатое правило (добавлено через две недели в этой заметке): не может быть моральным то, что человек не согласен сделать сам или представить в качестве исполнителя своих жен/мужей, детей, внуков, прочих близких родственников и друзей.

About khvostik

Это блог для тех, кто как и автор, предпочитает разбираться, а не верить. Что неизбежно приводит к отсутствию столь любимой многими однозначности и лёгкости при чтении. Мы живём в мире, где всегда есть "с другой стороны" (а нередко и "с третье", "четвертой" и т.д.). Потому некоторые тексты получаются длинными и отнюдь непростыми, т.е. требуют интеллектуальных усилий и от читателей. Что в свою очередь резко ограничивает аудиторию - любители задуматься толпами не ходят. Теперь собственно об авторе: живу в Канаде, в пригороде Торонто. Человек правых взглядов, мировоззренчески близкий к либертарианцам (направление, отстаивающее максимальную личную и экономическую свободу), но не состоящий ни в каких партиях. Стараюсь не повторять сказанное другими, во всяком случае в той мере, в которой знаком с этими мнениями (нельзя исключить, что во многих случаях к сходным выводам пришли и другие). На истину в последней инстанции или постоянную правоту не претендую, довольно часто ошибаюсь, но честно пытаюсь разобраться в вопросе, несмотря на собственную предвзятость и ограниченные знания. Хвостик - это имя кота. К автору проще обращаться по имени - Иван :)
This entry was posted in Uncategorized and tagged , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.