О политике и психологии

В любопытной книге Эми Чуа “Political Tribes: Group Instinct and the Fate of Nations” (скачать можно тут), упоминаются два исследования, которые, как мне кажется, полезно знать.

В 2009 году в American Journal of Sociology вышла статья трех исследователей Роба Уиллера, Ко Кувабара и Майкла Мейси под названием The False Enforcement of Unpopular Norms, в которой показывалось, что люди могут поддерживать некоторые нормы поведения не из-за прессинга общества, но по внутренним убеждениям.

Обычно ученые, объясняя поддержку взглядов, вызывающих у людей внутреннее несогласие, говорят о стадном поведении, неспособности разобраться в информации (и потому предпочтении следовать за другими), или о том, что люди следуют за тем, что им кажется мнением большинства (“pluralistic ignorance”), о чем мы знаем из сказки о голом короле, или из-за ошибочного предположения, что другие смогут узнать об истинном отношении и как-то наказать (“false enforcement”).

И вот какой эксперимент поставили: нужно было попробовать безалкогольное вино из трех бокалов (все из одной бутылки, но в один бокал капнули уксус), после дегустации подопытные подходили к компьютерам, где должны были оценить вина, но видели они результаты не остальных, находившихся в комнате участников, но компьютерную симуляцию ответов.
Из последних следовало, что якобы четыре других человека уже оценили вино, причем одинаковое вино оценивали как здорово отличающееся, первое всегда выше второго, а вино с каплей уксуса, как лучшее, чем одно из “нормальных”. После того, как подопытные (каждый из них получал один и тот же номер 5) отвечали, появлялся ответ “диссидента”, что два вина идентичны, а третье (с уксусом) хуже. После чего подопытные должны или анонимно, или “публично” оценить способности других “дегустировавших”.

three glasses of wine

Частично эксперимент напоминал классический опыт Аша, демонстрировавший конформизм.

Итак, как же оценили вина? 74.5% дали одинаковому вино в двух бокалах разные оценки, а 25.5% – одинаковые, но исследователи выделили в отдельную группу тех, кто следовал за “большинством” и оценил второе вино хуже первого (таких было 52.9%).
Но это не самое интересное, интереснее, как подопытные оценивали своих “товарищей” (за которых принимали симулированные компьютером ответы).

Public vs private opinion on conformists and dissidents

На графике используются следующие обозначения:
Conformed – так исследователи назвали 53% участников, которые следовали за большинством в своих оценках и давали второму вину более низкую оценку, чем идентичному первому;
Did not conform – те, что оценивали второе вино так же или лучше первого Private – в условиях анонимных оценок участников;
Public – в условиях, когда оценки якобы показывались всем;
Conformist target – те четверо компьютерных персонажей, чьи ответы видели до того, как давали свой;
Deviant target – последний компьютерный персонаж с отличающимися ответами;
Оценка 4 на данной шкале аналог “пятерки”, 3 – “четверки” и т.д.

Как видно, те, кто следовали за большинством и те, кто не следовал, в условиях анонимности заметно выше оценивали “диссидента” по способности разбираться в вине, чем остальных персонажей. Но если оценки давались якобы публично, то следовавшие за большинством радикально меняли точку зрения и оценивали “диссидента” хуже, чем других. Даже те, кто не следовали за большинством в своих оценках, “публично” оценивали “диссидента” заметно ниже, чем в условиях анонимности.

Кстати, перед тем, как провести описанный эксперимент, исследователи убедились, что если никакого большинства нет, то в среднем люди оценивают вино из одной бутылки в двух бокалах, как в целом одинаковое по качеству.

В других последующих опытах другим группам подопытных давали оценить бредовый текст (специально созданный лишенный смысла набор слов, разделенных знаками препинания), якобы написанный очень известным ученым из Гарварда, они видели как 4 других “участника” (компьютерная симуляция, а не ответы других участников, находящихся в той же комнате), положительно оценивали текст, а после ответа подопытного появлялся ответ диссидента.
Как и в опыте с вином, и те, кто соглашались с большинством, и те, кто не соглашались, в условиях анонимности оценивали “диссидента” лучше, чем “соглашателей”. Но в условиях “публичности” те, кто не соглашались с большинством усиливали поддержку “диссидента”, тогда как соглашавшиеся, снижали:

Conformist vs deviant on unintelligible text

В следующем опыте третью группу подопытных просили оценить тех, кто оценивал текст якобы известного философа на основе того, как эти персонажи оценивали других персонажей. Персонажи А и Б давали положительную оценку текста, а персонаж В – негативную, одна группа узнавала, что А оценил своих “товарищей” оценками 8 (Б) и 3 (В) по 10-бальной шкале, а другая – что оценками 5 (Б) и 5 (В). Подопытные оценивали искренность А при его собственной положительной оценке текста заметно выше, если он давал Б – 8 балов, а не 5, как и “диссиденту”.

Исследователи приходят к выводу, что в реальности в ситуации, аналогичной андерсоновскому “голому королю”, большинство конформистов не сменят свою позицию, а будут громко критиковать “диссидента”, хотя в глубине души и согласятся с ним.

Так что публичное осуждение диссидентов, оппозиционеров, тех, кто идет против большинства, отвергает консенсус, – ожидаемое поведение, если люди уверены, что другие поддерживают некие взгляды, отличные от взглядов оппозиции. И это касается и тех, кто по идее должен понимать и разделять диссидентскую точку зрения.

Второе исследование появилось в 2013 году в издании “Behavioural Public Policy” и называлось Motivated Numeracy and Enlightened Self-Government. Из четырех, участвовавших в работе исследователей назову двух: Пола Словика из Орегонского университета и Дэна Кахана из Йеля.

Ученые обратились к добровольцам, нашли 1111 человек, протестировали их на политические предпочтения и базовые знания математики. Разбили случайным образом на 4 группы, каждая из которых получила свое задание: было два задания, связанные с тем, что некий экспериментальный крем помогает при сыпи (“Rash got better”), но в некоторых случаях течение заболевания ухудшается (“Rash got worse”), данные тех, на ком якобы крем проверяли, нужно было сравнить с контрольной группой, которую не лечили, но в которой всё равно кому-то становилось лучше, а кому-то – хуже.
Две другие группы должны были оценить как влияет на преступность запрет на скрытое ношение оружия в некоторых городах сравнительно с теми городами, где такой запрет не вводился.

Gun-rash conditions

С точки зрения математической сложности задания были крайне похожи, менялись не цифры, но только пояснения, что эти цифры означают. Однако отношение к праву на владение оружием (и ношение его) существенно отличается в Америке у левых/либералов/демократов и правых/консерваторов/республиканцев.

Так что исследователей интересовало как повлияет изначальная, задолго до эксперимента сформулированная позиция на участников, которым предложат оценить якобы достоверные результаты, которые или совпадают с их ожиданиями, или противоречат им:

Answers on Politically loaded and regular questions

Небольшое пояснение: красный – цвет американских республиканцев, синий – цвет американских демократов (в Канаде наоборот – у левых либералов красный цвет, а у консерваторов – синий).

Как мы видим, если ожидания совпадали с условиями задачи, – преступность росла из-за запрета оружия (для республиканцев) или падала (для демократов), – то люди давали довольно точные ответы.
Если же данные противоречили ожиданиям, – преступность падала из-за запрета оружия (для республиканцев) или росла (для демократов), – то способность выносить правильные суждения страдала. Причем самым сильным образом – те, кто по идее математику знал лучше остальных.

Те же данные с разбивкой на две группы: слева те, кто плохо знал математику, справа – те, кто хорошо

Correct answers - Numeracy - Political leaning

Как мы видим, политическая мотивация и вовлечение эмоций приводили к существенным расхождениям в результатах сравнительно с никак никого не возбуждающей темой крема от сыпи.

Что это означает? Только то, что по идее все из нас знали: чем сильнее волнует вопрос, тем меньше шансов услышать разумное мнение.

Разумеется, порой данные дают липовые, или не полные и потому искажающие картину, или выдают корреляцию за каузацию (причинно-следственную связь), или еще каким бы то ни было образом манипулируют цифрами. Всё бывает. Вопрос не в этом, не в доказательстве правоты собственного мнения на взятых с потолка данных, а в том, чтобы помнить как легко отказаться от логики, если вместо анализа попытаемся озвучить свою позицию. Или начнем полагать за верное – мнение озвученное несколькими якобы экспертами или просто приятными людьми.

Безусловно, нет необходимости ссориться с родными и близкими, с друзьями и сослуживцами, тем более с начальниками, доказывая, что Вы правы, а они все – идиоты. Естественно, во многих ситуациях лучше держать рот на замке. Но скрывая собственную позицию из-за страха оказаться в одиночестве или меньшинстве, стоит помнить, что точно то же самое могут думать почти все вокруг. И если мы начнем – в некоторых, действительно важных ситуациях, – отстаивать правду, то не исключено, что вместо ничтожного меньшинства мы окажемся среди большинства. Потому что не только мы сами, но многие люди вокруг нас боятся озвучить собственные мысли из-за ошибочного предположения, что у большинства (или у экспертов) противоположная точка зрения.

Во всяком случае для использования в дебатах эти исследования очень удобны – их легко запомнить, и они доходчиво доносят нужные идеи.

About khvostik

Это блог для тех, кто как и автор, предпочитает разбираться, а не верить. Что неизбежно приводит к отсутствию столь любимой многими однозначности и лёгкости при чтении. Мы живём в мире, где всегда есть "с другой стороны" (а нередко и "с третье", "четвертой" и т.д.). Потому некоторые тексты получаются длинными и отнюдь непростыми, т.е. требуют интеллектуальных усилий и от читателей. Что в свою очередь резко ограничивает аудиторию - любители задуматься толпами не ходят. Теперь собственно об авторе: живу в Канаде, в пригороде Торонто. Человек правых взглядов, мировоззренчески близкий к либертарианцам (направление, отстаивающее максимальную личную и экономическую свободу), но не состоящий ни в каких партиях. Стараюсь не повторять сказанное другими, во всяком случае в той мере, в которой знаком с этими мнениями (нельзя исключить, что во многих случаях к сходным выводам пришли и другие). На истину в последней инстанции или постоянную правоту не претендую, довольно часто ошибаюсь, но честно пытаюсь разобраться в вопросе, несмотря на собственную предвзятость и ограниченные знания. Хвостик - это имя кота. К автору проще обращаться по имени - Иван :)
This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , . Bookmark the permalink.

2 Responses to О политике и психологии

  1. Александр says:

    Очень похоже на спираль молчания

    Like

    • khvostik says:

      Александр, Вы правы, но тут у нас имеются экспериментальные подтверждения, тогда как спираль молчания была предложена для политологии как теория, а не нечто подтверждаемое в эксперименте.
      не все теоретические гипотезы подтверждаются в лабораторных условиях. и мне кажется, что ссылаться на экспериментальные находки правильнее, чем на кабинетную концепцию, если последнюю еще никто не подтвердил в условиях контролируемого эксперимента.

      Like

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.