Необходимость майдана

В Киеве около Верховной Рады оппозиция требует от властей принятия ряда законов, которые помогут бороться с коррупцией. Не все согласны с протестующими, разные мнения звучат, например, в этой дискуссии. Я не собираюсь выбирать партийные стороны в далекой от меня стране. Более того, собственно украинская политика интересует меня в весьма незначительной степени.

Более того, я не согласен с предлагаемым подходом к борьбе с коррупцией. Нет, я ни в коей мере не оспариваю важность борьбы с коррупцией. Я бы даже сказал, что коррупция – главная проблема Украины, куда более важная, чем оккупация Крыма и военные действия в Лугандонии. Но дело в том, что либертарианский подход к борьбе с коррупцией в корне отличен: вместо того, чтобы бороться за честность и сажать взяточников, нужно убрать основания для коррупции, т.е. миниминизировать роль правительства (в русскоязычном дискурсе обычно говорится о роли государства, но англоязычный акцент на роли правительства куда более точен, т.к. не абстрактное государство лезет, а конкретные чиновники из министерств и ведомств) в экономике и жизни граждан. Если у чиновника не будет права разрешать или не разрешать что-либо, не будет ни у кого и мысли давать ему взятку.

Три с половиной года назад я озвучил неприятие прямой демократии. Ничего принципиально не изменилось: я продолжаю считать, что прямая демократия – крайне неудачный вариант. Однако я бы хотел порассуждать о том, когда появляется нужда в уличных протестах. И в каких условиях последние могут привести к чему-то позитивному, а в каких – не могут.

Непрямая демократия означает, что граждане избирают депутатов/парламентариев, которые от их имени принимают решения. Толком нет никаких “наказов” избирателей, избирателям нет нужды формулировать свою позицию по всем вопросам, всего-навсего нужно найти кандидата, который отражает наиболее близкую им позицию, голосуют за него, но у избранного есть свобода воли, за какие законы голосовать, какую именно повестку дня проводить в жизнь. Если к следующим выборам действия и взгляды конкретного парламентария избирателям перестанут нравиться, они проголосуют за другого. Таким образом осуществляется обратная связь между обществом и властью.

Как все понимают, при непрямой, представительной демократии есть временной промежуток, между моментом, когда граждане могут начать испытывать несогласие со своим избранником, и когда они собственно могут выказать своё неприятие. В принципе срок в 4-5 лет вполне достаточен для того, чтобы попробовать новые подходы и посмотреть на полученные результаты. За год-два можно только начать двигаться в некоем направлении, но редко плоды ждут в начале пути, посему срок в года четыре куда разумнее, чтобы оценить достоинства и недостатки, чем двухлетний срок.

Таким образом мы обнаруживаем одну из главных проблем непрямой демократии – практически полное отсутствие контроля за действиями парламентариев между выборами. Кандидат пообещал делать Х, ему поверили, избрали, а он делает нечто обратное. И до следующих выборов можно писать петиции, письма, звонить на радио- и теле-передачи, но реально это толком никак не влияет на действия депутатов.

В зрелых демократических системах парламентарии хотят переизбраться, потому прислушиваются к результатам опросов общественного мнения, к письмам от избирателей, даже к петициям на разных сайтах. Но то в зрелых демократиях, а если есть возможность за 4 года наворовать столько, чтобы потом не надо было переизбираться, то можно и не прислушиваться.

Что делать людям, когда их избранники нагло нарушают собственные обещания? Продемонстрировать собственную силу, сплоченность и начать раскачивать общество, чтобы заручиться еще большей поддержкой.

Фактически мирные уличные протесты – это элемент прямой демократии, который может быть использован в качестве рычага для исправления недостатков демократии представительной.

И вот здесь мы обнаруживаем принципиальную разницу между незрелой демократией и авторитарным режимом, изображающим якобы демократический процесс: в первом случае есть возможность донести взгляды граждан до власти с помощью демонстраций и митингов, а во втором – ни малейшего шанса.

Если выборы были сфальсифицированы в прошлый раз, то мирными демонстрациями можно добиться их повторения, т.е. фальсификации с чуть иным раскладом, но с помощью митингов нельзя изменить систему.
Авторитарная система может измениться только в результате революции.

Позволю себе определить, что именно понимаю под революцией, чтобы продолжать разговор на одном языке. Революция – это изменение курса движения страны, изменение формы и способа правления, связанное с отстранением от власти одной группы и замены ее на другую.

Это определение позволяет различить незначительную корректировку курса при сохраненной форме правления, когда Сталину сменил Хрущев, или Хрущева – Брежнев, от резкой смены курса, как например, при повороте от горбачевского социализма к капитализму при Ельцине.

То есть революция вполне может быть осуществлена не только снизу (октябрь 1917), но и сверху (с натяжкой и оговорками – февраль 1917). Безусловно, революция снизу готовится одной или несколькими группами, но требует изменения настроений в обществе, чтобы получить широкую поддержку масс, а не только элит, как в случае революции сверху (массовые протесты жителей Петрограда в начале 1917 стали поводом для бунта элит против некомпетентного самодержавия).

В рамках этой модели никакие призывы выйти на площадь в Белоруссии, Венесуэле или РФ ничего изменить не могут. Пусть даже выйдет 1 млн человек. Или пять миллионов. Нужен захват власти новой группой – хоть из тех, кто уже в элите (военный переворот, переворот спецслужб или либеральных экономистов – не суть важно), хоть тех, кто сумел создать вменяемую и крепкую партийную структуру (легче это представить в Венесуэле, чем на Кубе или в Белоруссии).

Теперь давайте вернемся к незрелой демократии. При ней нет нужды захватывать власть, т.к. в парламенте уже представлены разные силы, т.е. часть элиты не согласна с правительством, а те, что согласны, при внешнем прессинге со стороны граждан могут вернуться к исполнению предвыборных обязательств, хотя и уклонялись от этого год-два-три. Изменение курса движения страны возможно при сохранении формы и способа правления. А вот при наличии в Конституции статьи о власти КПСС или при наличии в стране воровской “вертикали”, курс можно поменять исключительно при смене формы и способа правления.

Почему? Потому что при авторитарной системе нет связи между элитой и избирателями, а при незрелой демократии эта связь есть. Когда источник власти – народ, последний может что-то сделать, а когда источник власти – штыки, стоящие за спиной правителя, то народ не может ничего сделать, покуда не лишит правителя штыков. Но штыки, защищающие правителя от недовольных народных масс, не защищают от заговора генералов или контрразведчиков.

Таким образом, майдан не может считаться революцией (я знаю, что украинцы называют Майдан 2013-4 годов “революцией достоинства”, это красивые слова, но по сути никакой революции не было). Майдан – это альтернатива революции, это мирная корректировка курса в условиях незрелой демократии. И по этой самой причине майдан не может сработать в условиях авторитарной системы.

About khvostik

Это блог для тех, кто как и автор, предпочитает разбираться, а не верить. Что неизбежно приводит к отсутствию столь любимой многими однозначности и лёгкости при чтении. Мы живём в мире, где всегда есть "с другой стороны" (а нередко и "с третье", "четвертой" и т.д.). Потому некоторые тексты получаются длинными и отнюдь непростыми, т.е. требуют интеллектуальных усилий и от читателей. Что в свою очередь резко ограничивает аудиторию - любители задуматься толпами не ходят. Теперь собственно об авторе: живу в Канаде, в пригороде Торонто. Человек правых взглядов, мировоззренчески близкий к либертарианцам (направление, отстаивающее максимальную личную и экономическую свободу), но не состоящий ни в каких партиях. Стараюсь не повторять сказанное другими, во всяком случае в той мере, в которой знаком с этими мнениями (нельзя исключить, что во многих случаях к сходным выводам пришли и другие). На истину в последней инстанции или постоянную правоту не претендую, довольно часто ошибаюсь, но честно пытаюсь разобраться в вопросе, несмотря на собственную предвзятость и ограниченные знания. Хвостик - это имя кота. К автору проще обращаться по имени - Иван :)
This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.