О конфликте матерей и дочерей

Случайно наткнулся на статью о проблемах в отношениях между дочерьми и матерями. Если в двух словах, то значительный процент матерей умеет так общаться с дочерьми, чтобы те чувствовали себя виноватыми, никчемными, глупыми неудачницами. Автор статьи предлагает решение, как с этим бороться. Меня же заинтересовали причины.

Если вспомнить фрейдовский “комплекс Электры”, то можно объяснить неприязнь дочерей к матерям: мол, хотели бы занять место возле отца. Только это не совсем наша ситуация, мы разбираем обратную.
Можно подумать о том, что взрослая дочь напоминает матери о старости и смерти, о том, что мать не успела и уже не успеет в жизни, отсюда, через “экзистенциальный страх смерти” (mortality salience) выйти к строгости моральных суждений о дочерях. Вот только в этом случае подобная напряженность должна быть характерна для всех культур, тогда как для англоязычных она не особо характерна. Бывают сложные отношения между свекровью и невесткой, об этом порой рассказывают голливудские фильмы, но чтобы мать пакостила дочери, это редкость. Так в чем же дело?

Автор статьи упоминает ригидные гендерные роли в современном российском обществе. Но я бы сместил акценты и чуть отступил назад по шкале времени. Думается, что гораздо важнее патриархальная структура семьи и относительная бедность советских людей, чем неизменность гендерных ролей. Патриархальная семья предполагает несколько поколений, живущих под одним кровом, а также иерархичную систему отношений. Обычно во главе такой семьи стоит дед, которому подчиняются дети и внуки. Так было до революции в России.

Советская власть с одной стороны подняла статус женщины, а с другой сохранила зависимость поколения детей от поколения дедов благодаря “квартирному вопросу”. Жилья в СССР не хватало, потому и женились рано – это был единственный вариант на законную половую жизнь (не забываем, что одновременно происходила урбанизация, а в отличие от деревни, где есть сараи, сеновалы и т.п., в городе таких удобных и неконтролируемых мест нет). А ведь прописать невестку или жениха в квартире или нет, зависело от тех родителей, к которым переезжали. Отсюда зависимое положение молодой пары в квартире родителей.

Та же причина – ранние браки, – определяла финансовую зависимость молодой семьи от помощи родителей. Последние были относительно молоды, уже успели добиться относительно высокой (по советским меркам) зарплаты и обзавестись связями. Одним словом, молодая семья оказывалась в зависимом положении от родителей.

Поскольку в Советском Союзе обратная связь между обществом и властью была нарушена, люди чувствовали себя униженными и не контролирующими значительную часть того, что с ними происходит. Что требовало компенсации и давление перераспределялось по нисходящей – тех, кто стоял на социальной лестнице ниже, гнобили. Насколько могли. Особенно тех, кто не мог никуда деться. Например, из-за невозможности снять или получить другое жилье.

В рамках сохранявшихся ролей женщине труднее давить на зятя, чем на дочь (на сына могла давить любовью, но это совсем другая проблема). Плюс у мужчин везде выше социальная мобильность, потому чуть передавишь – сделает ручкой и укатит куда-то на “всесоюзную стройку”. А если добавить нехватку мужчин, – из-за Первой Мировой, гражданской войны и эмиграции, потом репрессий и Второй Мировой, – то становится понятна психологическая установка “необходимо удержать мужа”. Что выражалось в завышенных социальных ожиданиях от женщины: она и работать должна была, и детей воспитывать, и домом заниматься, и за собой следить. Ведь в противном случае – есть много других дам, которые будут рады принять этого мужчину! Так что старшее поколение женщин передает младшему страх по поводу возможного ухода мужа, что приведет к снижению социального статуса (разведенной, вдовой, незамужней быть было заметно хуже, чем замужем; во всяком случае в глазах большинства советских женщин).

Если бы доходы были выше, если бы можно было снять жилье или номер в гостинице (вместо необходимости жениться, чтобы удовлетворить половую потребность), если бы не финансовая зависимость от родителей (чаще жены) после раннего брака, возможностей опускать дочерей было бы заметно меньше, и постепенно культура изменилась бы. Однако бедная советская жизнь закрепила эту неудачную модель поведения (на мой взгляд это касается хорошо более половины семей среди поколения, которому от 35 и старше, но на статистику сослаться не могу, это всего-навсего мои наблюдения).

Стоит подчеркнуть, что напряженные отношения могут быть лучше и хуже. Все же люди разные. Да и “скидывание негатива” на дочерей (и прочих зависимых людей) происходит непроизвольно, “подсознательно”. Это способ облегчить психологическое давление, восстановить ощущение “я – хороший” за счет нахождения того, кто заметно хуже – ведь мы его критикуем, а он молчит, значит критика справедлива (ну, или мы не слушаем возражения). То есть мы скорее имеем дело не с особо злобными личностями, а с нехорошей ситуацией, повышающей вероятность нехорошего поведения.

Я столь подробно говорил о ситуации в почившем в бозе Советском Союзе, т.к. ситуация в нынешней России в значительной степени определяется культурными моделями, заимствованными из той жизни и продолжающими быть актуальными. Да, острота “квартирного вопроса” заметно ниже в 2017, чем была, скажем, в 1987, но социальный прессинг в виду отсутствия обратной связи между обществом и властью, продолжающим воспроизводиться подходом “я начальник, ты дурак” (насколько я могу судить по отношению верхушки российской элиты к остальным – ведь только это попадает в новости и социальные сети) никуда не делся. Так что потребность “опущенных” на работе или в иных социальных отношениях “опускать” тех, кто от них хоть как-то зависит, сохраняется. И модель продолжает воспроизводиться. Как можно понять по статье.

Теперь давайте посмотрим на ситуацию в других культурах.
В Северной Америке по возможности отделяли женатых детей, благо земли было много. Потому давление старшего поколения на вступившее в самостоятельную жизнь поколение было небольшим, да и общество ставило идеалом независимость взрослых людей, т.е. не было патриархальным. Так что поводов для конфликтов между матерью и дочерью было немного. За исключением ситуации, когда дочь не выходила замуж и жила с родителями/матерью практически всю жизнь.
Насколько можно судить по литературе и кино, “старые девы” вызывали жалость, но не служили моделью для подражания. Ко всему, подобная ситуация была более характерна для Европы, откуда уезжали молодые люди в колонии, что вызывало нехватку женихов, чем для Северной Америки, где была как раз нехватка невест.

С другой стороны, можно посмотреть на пример патриархального общества – китайцев. Ситуация там несколько отличая от российской по ряду причин: традиционно жена уходила в дом мужа (как в царской России), но института снохачества не было, т.к. обеспеченный мужчина традиционно мог взять себе еще жен и наложниц, соответственно для матери не было нужды самоутверждаться на дочерях, коли были невестки. Приход к власти коммунистов изменил ситуацию – и многоженство, и многодетные семьи канули в Лету. В лучшем случае в семье было двое детей, но чаще один. А поскольку пенсий в Китае не было, как толком не было нормального здравоохранения (по словам знакомых китайцев из КНР), то портить отношения с единственным ребенком, от которого зависит благополучие в старости, было не особо выгодно. Урбанизация ведь и в Китае имела место, так что социальное давление на тему необходимости детям поддерживать стариков-родителей уменьшалось, что помогало сохранить нормальные отношения между матерью и дочерью. Безусловно, социальный прессинг – с учетом власти коммунистов, – в Китае тоже был (и остается), но перенаправление агрессии и повышение самооценки там не выбирало отношения между матерью и дочерью, как один из предпочтительных каналов.

Одним словом, проблема отношений матерей и дочерей достаточно характерна для пост-советского общества и носителей той же культуры, перебравшихся в другие страны. Но в эмиграции эта проблема решается за одно поколение, т.к. внешние условия не способствуют воспроизведению. А вот в пост-советских странах, особенно тех, где нет свободы и сохраняется финансовая зависимость взрослых детей от родителей, эта модель может воспроизводиться. Покуда обстоятельства будут этому способствовать.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s