“Helen of Troy”

В мае слушали концертное исполнение малоизвестного сочинения Франческо Кавалли “Елена Троянская” (или “Елена“, или “Похищение Елены), которое представил барочный коллектив Toronto consort. Оперу давали в помещении церкви Троицы, являющейся основной сценической площадкой и для этого коллектива, и для более известного барочного коллектива “Тафельмюзик“.

Опера практически не исполнялась в течение 350 лет до появления на фестивале в Экс-ан-Провансе в 2013 году. Разумеется, полноценное представление на одном из лучших оперных фестивалей в мире, не то же самое, что концертное исполнение, но голоса были у нас лишь немногим хуже.


Елена – Emöke Baráth, Менелай – Valer Barna-Sabadus

Поскольку либретто вряд ли кто-то знает, позволю себе пересказать его.

Тесей и его спутник Пиритус отправились в Спарту похитить прекраснейшую девушку – дочь Леды и Зевса, Елену. Тем временем влюбленный в Елену Менелай решил подобраться к объекту своей страсти по-ближе, для чего предстал перед ней в обличии рабыни-амазонки, которая должна была тренировать Елену в разных видах спорта, включая борьбу. В этом Менелаю помогает шут короля Тиндарея, воспитывающего Елену как собственную дочь (знает ли он о том, что настоящий отец ее Зевс, не ясно).
Елена же страдает от того, что никогда не знала любви. Тут появляется шут и представляет новую рабыню Элису (переодетого Менелая). Елена тут же выказывает желание бороться.
Тут приплывают Тесей и Пиритус, причем последний влюбляется в Элису. Так что вместо одной девушки, похищают двух.
Тесей привозит похищенных в царство Креона, где дам селят отдельно от похитителей. Сын Креона, Менестрей, влюбляется в Елену. Она же – привет “стокгольмскому синдрому”! – влюбляется в своего похитителя Тесея: ведь он такой джентльмен – даже не поцеловал, а лишь декларировал свою любовь. Переодетый в рабыню Менелай страдает от страха потерять любимую и решает раскрыться ей.
Менестей решает не ждать долго и сообщает Елене о своих чувствах, но его тут же отвергают, сообщая, что уже любят Тесея. Какие чувства у Менестрея, тут же появляются к Тесею, гадать нечего.
Тем временем невеста Тесея, Ипполита, прибывает, она уже знает, что он не совсем ей верен. Она подслушивает коварный замысел Менестрея, который тот обсуждает со своим помощником. Ипполита решает, что если она защитит Тесея, у того проснутся к ней чувства.
Менелай, притворяясь спящим, говорит о своей любви к Елене. Когда же она его будит, он раскрывает ей, что он Менелай, который из любви к ней переоделся рабыней. Тут уже Елена начинает теряться в своих чувствах: и Тесей такой хороший, и Менелай еще лучше – вон на что пошел ради любви к ней!
Когда из удачного похода за Золотым руном прибывают Кастор и Поллукс, им сообщают, что их сестра похищена. Чтобы вот так нагло у самих воров украли что-то! Кто же такое может стерпеть! Одним словом, надо мчаться в погоню.
Менелай прессует Елену своей любовью, покуда последняя не осознает, что легче уступить, чем отказать.
Тесей засыпает в саду. Следом прокрадывается Ипполита, которая, слыша песни о любви к Елене, решает было сама убить неверного жениха, но успокаивается. Приходит Менестрей и пытается убить Тесея, Ипполита достает оружие, ранит его и прогоняет. Тесей от шума просыпается, видит Ипполиту с оружием, решает, что она хотела убить его, и прогоняет ее. Бедная Ипполита причитает о столь невыгодном развороте событий.
Когда же во дворце Менестрей обсуждает с приятелем свою неудачу, его слышит отец, врывается и напоминает о долге гостеприимства. Пиритус сообщает Тесею пренеприятнейшее известие, что братья Елены ищут их, посему надо срочно браться за оружие.
Кастор и Поллукс во дворце встречают Тесея и собираются убить его. Тут прибегает Ипполита, чтобы защитить Тесея, но тот все еще помнит, как она пыталась убить его, мол, нет, такой помощи нам не надо. Появляется Креон с Менестреем и раскрывает подлый замысел своего отпрыска, обеляя Ипполиту. До Тесея доходит, что его хотел убить не тот, кто он думал, а тот, на кого он грешил, на самом деле спасал. С учетом нахождения тут же разозленных братьев, Тесей говорит, что Елену он больше не любит, а любит снова Ипполиту. Пиритус решает воспользоваться случаем и просит Элису стать его женой (как об этом можно просить рабыню, автор либретто не подумал ;)). Весь кайф обламывает Елена, сообщающая, что Элиса – это переодетый Менелай, за коего она хочет замуж. Влюбленные пары поют о своей любви.

Обычно в мифах этот эпизод пересказывают парой строчек. Ведь по разным версиям Елене в момент похищения было лет 11 или 12. Но воображение затем и дано человеку, чтобы домысливать, допридумывать, превращая несколько слов в запутанную историю, способную удержать внимание слушателей в течение пары часов. Что и продемонстрировали авторы оперы 🙂

Поскольку это было концертное исполнение, обсуждать постановку нечего. Хотя с таким держащим в напряжении либретто было бы достаточно показать всё, как оно было задумано в 17 веке. Безо всякой режиссерской интерпретации.

Небольшой аутентичный оркестр “Торонто консорт” был усилен певцами, в основном специализирующимися на барочной музыке. Практически все они хоть немного, но учились в Европе (в дополнение к музыкальному, – а то и историческому! – образованию, полученному в Канаде или Америке). Я бы особо выделил сопрано Мишель ДеБёр (Michele DeBoer) в роли Елены, Лору Падуэлл (Laura Pudwell) в роли Ипполиты, Кевина Скелтона (Kevin Skelton) в роли Менелая и сопрано Эмму Ханнан (Emma Hannan) в роли Кастора.

Мне кажется, что у барочной оперы есть две проблемы: отсутствие “хитов” и довольно примитивная оркестровая часть. Основная нагрузка ложится на певцов. Партии могут быть красивыми, но того, чего алчут любители оперы – запоминающихся прекрасных арий, которые можно напевать про себя, – барочные сочинения не предлагают. Какой бы ни была чудесной ария, запомнить ее не удается, да и набубнить в воображении не получается – можно только восхищаться в момент исполнения, но удержать что-нибудь не легче, чем волны в море или время.
Есть в таком понимании искусства нечто дзенское, делающее само направлением мимолетным и потому навсегда лишенным широкой популярности. Я бы сказал, что увядающая красота – самое точное определение для барочной оперы. Какой бы смешной и похабной она ни была: миг утечет, и смех вдруг в грусть свернется, оставив только тень в воспоминаниях…

PS. Не могу понять, почему современные оркестры не используют теорбу (вариант лютни) – на мой дилетантский взгляд, это совершенно потрясающий инструмент! Ведь и исполнители есть… Странно и жалко.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s