“KAMP”

Ходили на представление голландского театра Hotel Modern под названием KAMP, т.е. лагерь. Лагерь смерти. Вполне конкретный – Освенцим. Театр про Катастрофу/Холокост. Причем не просто театр, а кукольный.

Чтобы не было сомнения, какой именно лагерь уничтожения показан, – имеется известная надпись на воротах

Kamp - Arbeit macht frei

Это примерно половина сцены. Трое актеров ходили, двигали кукол, направляли на нужные участки камеру, изображение с которой проецировалось на экран.

Один день из жизни Освенцима… Утро… Куклы толкают здоровенный камень на постройку какого-то огромного – сравнительно с ними сооружения. Потом тянут за канаты, чтобы поднять еще одну часть постройки …

Kamp - stage

У меня возникла ассоциация со строительством пирамиды. Не исключено, что это из-за еврейской Пасхи. Хотели авторы спектакля провести такую параллель или нет, осталось неизвестным (намекнуть на это вслух было бы, подозреваю, неполиткорректно). Тем не менее есть в этой метафоре с египетским рабством что-то глубокое…

На станцию приезжает поезд, из вагонов выгружают кукол. Блоками примерно по 50 на подставках. Куклы эти в “цивильной” одежде:

Kamp - puppets

Их выстраивают в очередь к большому помещению с трубой. На перроне остаются чемоданы и тюки. Камера залезает внутрь здания. Чердачное помещение, много канистр с изображением черепа и костей. Куклы открывают люк, куда высыпают белый порошок (“Циклон Б” привозили в виде соли, при взаимодействии с теплой водой соль превращалась в синильную кислоту).
Камера сползает в помещении ниже этажом. Там разбросана одежда, куклы в арестантских робах собирают одежду и увозят ее. Открывается дверь с надписью “душ” – комната заполнена “голыми” куклами валяющимися вповалку. Куклы в робах вытаскивают “мертвых”. После чего в “предбанник” запускается новая партия, которую заставляют раздеться и идти в душ, а на чердаке тем временем открывают люк и начинают сыпать белый порошок…
В крематории заключенные загружают мертвые тела в печи…

Казнь. На плац вытаскивают несколько блоков с куклами. Трех кукол ставят на ведерки под виселицей, запихнув головы в петли. Удар – и кукла дернувшись начинает крутиться на веревке. Вторая… Третья… Камера наезжает… В этот момент становится пронзительно ясно, что лица напоминают “Крик” Мунка…

На перрон, где валяются чемоданы приезжает грузовик, куда скидывают вещи и везут на склад. Камера наезжает на раскрытые чемоданы – одежда, посуда, детские игрушки, свинья-копилка… Я не уверен, что такой предмет кто-то мог взять с собой, да и держать в еврейском доме вряд-ли стали бы. Но это не важно, т.к. цель авторов постановки максимально приблизить смерть к тому, что кажется символами жизни.

Куклы двигают тачки, грузят какой-то песок в телегу… Одна кукла падает. Подходит охранник. Пинает тело. И вдруг начинает с остервенением бить дубинкой. Какой звук может издать дубинка в руках 8-сантиметровой куклы? Если приблизить микрофон, то достаточно страшный. Охранник впадает в раж и практически разбивает куклу… Подходят другие заключенные и грузят труп в телегу, где уже есть несколько трупов…

Построение заключенных. Артисты достаточно долго выстраивают многочисленные блоки с куклами. Всего кукол не меньше тысячи – много блоков примерно по 100 кукол, и сколько-то по 50…

Kamp - station, baracks and houses

Вечереет. Приезжает еще один поезд. Из вагонов выгружают кукол в гражданской одежде и выстраивают в очередь к зданию с “душем”. В бараках и на столбах загораются лампочки. Внутри бараков заключенным дают похлебку…

Из одного из зданий, пригибаясь, выходит заключенный, он двигается к станции, приблизившись, бросается на провода, искры и дерганье тела…

Ночь. Темнота скрывает ужасы дня. Еще одного дня в Освенциме.

…Странный спектакль. Возможно, один из самых странных, когда-либо виденных мной. Он не вовлекает тебя эмоционально, т.к. нет никаких героев, с которыми себя можно отождествить. Но при этом грань между человеком и куклой исчезает. В сознании не остается различий между тобой и марионеткой. Если такое случается, практически все из нас, обычных людей, становятся винтиками в системе или еще-не-перемолотым-фаршем, который запихивают в мясорубку.

Я не могу сказать, что спектакль понравился. Он не может понравиться, он по ту сторону добра и зла, но при этом он является и воротами на ту сторону, открытыми для нас, позволяющими – хуже того, заставляющими! – смотреть, что же делается на той стороне.

Со времен древнегреческого театра считалось, что зритель должен сопереживать героям драмы и на пике переживаний испытать эмоциональную разрядку. Спектакль голландского коллектива “Hotel Modern” заставляет усомниться в том, что это необходимо. Скорее такой вариант приятнее зрителям, но для того, чтобы задуматься и что-то понять, чего не понимал, не желал понимать до сих пор, ассоциировать себя с героями не обязательно. Можно вдруг осознать, что ты гораздо меньше, чем привык о себе думать, что ты – в сущности, – такая же кукла, как те, что действуют или в качестве частей механизма, или того, что скармливается оному механизму. “Человек” может звучать гордо, а может и тихо, как поскрипывание метлы по плацу, постыдно, как приказ об убийстве или звуки самого убийства, а может и непереносимо высоко, как совок, что соскребает цианистую соль, чтобы сбросить ее в люк, или как восторженный визг двух проводов, наконец-то, замкнувшихся друг на друге через убитое тело…

Первый раз этот спектакль привезли в Торонто в 2013 году, тогда же его возили в Австралию, в 2010 показывали в НЙ, а поставили в 2005, т.е. не исключено, что привезут и в другие города в будущем. И тогда, как мне кажется, всем стоит сходить. Чтобы понять что-то новое о самих себе и жизни, о чудовищных вещах и том, насколько мало мы отличаемся от кукол.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , , . Bookmark the permalink.

2 Responses to “KAMP”

  1. Прочёл только Ваше описание, – ясное дело, спектакль не видел, – и стало страшно.Наверное, спектакль не странный, а страшный, и, думаю, такова была цель создателей. Это не фильм “Жизнь прекрасна”, который не приемлю в принципе, несмотря на всё уважению к таланту Лукини. Цель – не дать памяти уснуть, как она уснула сейчас на Западе, где эта память превратилась в пустую формальность.

    • khvostik says:

      совершенно верно, Мишель: это не конфетка для усыпления памяти, это горькая пилюля… но страшным был все же не спектакль, а то, что подвигло создателей, т.е. история… увы, на Западе предпочитают об этом забыть 😦

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s