Про удобства

Важно многим создать удобства.
(Это можно найти у Гоббса.)
И.А. Бродский “Речь о пролитом молоке

Позавчера утром по дороге на работу заметил, что людей в электричке заметно меньше, чем в прочие дни. Процентов на 15-20. Не меньше. Сие означает, что в значительном числе организаций, расположенных в центре Торонто, разрешают работать из дома по пятницам. Это удобно людям – можно выдохнуть и напрягаться чуть меньше в пятницу.

Пригородные электрички в окрестностях Торонто обычно состоят из 10-12 вагонов, причем в середине состава есть специальный вагон, приспособленный для инвалидов, где сидения на первом этаже поднимаются (на втором этаже всё нормально), чтобы можно закрепить кресло-каталку или инвалидный “мотороллер”, да и расстояния между рядами сидений шире для той же цели. И этот вагон всегда останавливается у специального пандуса на каждом пероне, куда инвалид может заехать, а из вагона опустят специальный мостик. Потому в этом вагоне находится проводник: пара машинистов в первом вагоне обычно не заняты проблемами пассажиров, а вот проводник не только следит за тем, чтобы помочь инвалидам, но и проверяет, если кто-то случайно или нет нажмет на “ленту вызова помощи”. И это тоже пример заботы о людях, один из многочисленных примеров западной нацеленности на то, чтобы жизнь была удобной.

Выросшие в Советском Союзе, как, полагаю, и уроженцы многих других стран с тяжелыми условиями жизни, привыкли относиться к комфорту как к “буржуазному предрассудку”. Удобства проходили по категории роскошь и излишества. Тем, что обходишься без излишеств, можешь выжить в любых условиях, можно гордиться. Люди и гордились. Многие до сих пор гордятся.

СССР на самом деле исповедовал не только марксизм, но и милитаризм, что приводило к перекосу не в пользу производства потребительских товаров, потому население жило в относительной бедности. То есть из совершенно рациональных соображений культ выживания на минимуме был выгоден властям.

Однако давайте спокойно разберемся, какие последствия для жизни имеет комфорт и какие неудобства во всём.
Во-первых, мы не говорим о том, что не дает человеку выживать, подталкивает к смерти. Самые дикие поклонники фуа-гра и устриц вполне могут выжить и без оных. Можно питаться картошкой и селедкой, можно ходить в обуви “Скороход” и т.д. Сравнительно со смертью от голода и полным отсутствием обуви – все замечательно.
Во-вторых, человек выживает и при очень трудных обстоятельствах, и навыки выживания – полезная штука.

И всё же неудобства означают, что часть своих сил человек должен тратить на преодоление препятствий, которые при иных обстоятельствах он мог бы и не встретить. Ресурсы людей ограниченны, у каждого из нас есть ограниченное “количество” “сил”. На самом деле почти всегда можно обнаружить, что то, чего не хватает, это сила воли. Именно она заканчивается первой. И мы говорим, что “нет сил что-либо делать”. В экспериментах психологи подтвердили это самое “истощение воли” (англоязычные используют термин “ego depletion” – буквально “истощение Эго”): если подопытных заставить сделать что-то неприятное, они в следующем задании сдадутся быстрее, чем те, кто не тратил ограниченные ресурсы на неприятные вещи.

Именно это и происходило с советскими людьми – они тратили слишком много сил на выживание в СССР, потому на продуктивный труд оставалось заметно меньше сил, чем у европейцев и американцев (про отсутствие стимулов я и не вспоминаю, как и о сложностях со сменой профессии или места работы, об идеологических ограничениях и т.д.).
Это касалось не только бытовой техники, мебели, одежды, автомобилей, но и сложных станков, вычислительных систем и даже оружия. Потому советская военная техника уступала на полях сражений западной – французской, американской и т.д., как это продемонстрировали арабо-израильские, ирако-американские и прочие войны.

Пожалуй, одно из самых неприятных следствий из необходимости выживания – оная необходимость стимулирует не создание нового, но использование старого (частично) в новом качестве, заставляет вытаскивать из памяти старые знания. И даже если придумывается нечто новое, оно имеет ограниченную утилитарную ценность, т.е. не является инновацией в полном смысле этого слова, т.к. не добавляет новую полезную функцию, но помогает хоть как-то обойти существующее препятствие.
На уровне исторического анекдота это будет топкой котлов паровозов во время Гражданской войны воблой, т.к. дров не было, а вот воблы при царе насушили много. С точки зрения выживания это выход, т.к. если паровоз не поедет, большевики расстреляют, вобла же горит, дает тепло. Но и картины можно использовать как топливо – я нисколько не сомневаюсь, что Рафаэль, Да Винчи и Тициан отлично горят (масляные краски, лаки, холсты и рамы – отличное топливо!), но стоит ли?

Безусловно, на коротком промежутке времени при мобилизации всех ресурсов можно создать в условиях лагерной “шаражки” какое-то оружие неплохого качества, но уже к началу 1950-ых советское оружие безнадежно уступало американскому, как это показала Корейская война.

То есть комфорт позволяет повысить КПД человеческой деятельности: вместо того, чтобы решать ненужные задачи – высиживания на политинформациях и собраниях, выстаивания долгих очередей для покупки еды и одежды, поездки на работу в переполненном транспорте, – человек решает в основном нужные. Например, потому что магазинов много, товаров много, в том числе по весьма умеренным ценам, а в какие-то дни в офисе можно не появляться, но работать удаленно и т.д.

Одним словом, довольно легко заключить, что в среднем случае, удобства в жизни делают человека более продуктивным. Согласны?
Но не будем упускать уточнение в предыдущем абзаце – “в среднем случае”. А если случай не такой? Что тогда?

И тут рассуждения подводят нас к интересному моменту: большинство нас, обычных людей, имеет ограниченные ресурсы воли, а вот гении, кажется, этого ограничения не имеют, вернее его ограничения заметно превосходят наши – в разы, а то и на порядок-другой-третий.
Я бы рискнул сказать, что главное отличие гения от остальных – это сила воли в первую очередь и талант в какой-либо сфере во вторую. Только тот, кто может трудиться больше других, при обстоятельствах, когда другие сложили руки, и достигает чего-то. И если у человека есть талант, который задает направление, в коем будут приложены силы, можно ожидать создания чего-то исключительного, а то и гениального.

Можно-ли сказать, что лишения куют талант? Скорее нет: большой талант пробивается через проблемы и ограничения, но сказать, что блохи, кусавшие композиторов прошлого, или туберкулезные палочки, которые жили в легких художников и писателей, влияли на сюжет или стиль, вроде бы никто не рискует. Неудобства в жизни похожи на паразитов, вирусов и микробов, а последние иногда и являются одними из неудобств. Наличие антибиотика при болезни тоже ведь можно посчитать роскошью, можно ведь бороться баней, чаем с медом и прочими народными средствами, но это в теории по отношению к другим, кого не жалко, а на практике в собственном случае за научное лечение ратовал и Ганди, наставлявший других полагаться на молитву, пост и медитацию.

Как либертарианец, не могу удержаться от искушения заметить, что большая, львиная доля действий правительств делает жизнь граждан менее удобной. Вспомните о большинстве случаев, когда приходилось взаимодействовать с чиновниками: это или трата времени, денег и нервов, или, в лучшем случае, только времени, которое можно было потратить с большей пользой, т.е. снижение степени удобства жизни. И в абсолютном большинстве случаев мы могли бы жить совершенно спокойно без того, чтобы соответствовать тому или иному требованию бюрократов.
Причем даже когда мы говорим об исключениях, т.е. когда можно обнаружить тех, кому идут на пользу правительственные указы, правила и распоряжения, неудобства касаются куда большего круга лиц, чем выгода. То есть в конце концов действия правительства больше вредят, чем помогают.

Одним словом, как верно заметил поэт, чьи слова вынесены в эпиграф, следует делать жизнь удобнее. Для того, чтобы она стала лучше. Ведь как показывают исследования, более удобная жизнь – ко всему прочему, и более счастливая (долгие поездки на работу негативно влияют на счастье, как и очереди, ожидание, неудобные сидения, дефицит и т.д., и т.п.).

Одним словом, удобства не только следствие, но и источник прогресса. И заслуживают положительного отношения. Особенно со стороны либертарианцев.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s