“Рассказы об Анне Ахматовой”

Фактически сразу после прочтения Диалогов с Бродским взялся за воспоминания Анатолия Наймана о великой поэтессе. И эта временная привязка оказалась очень удачной.

Найман “построил” свою книгу вокруг писем Анны Андреевны к нему. Письма эти на редкость пошлы и банальны (скорее их правильнее назвать записками-просьбами, свидетельстом жуткого советского быта и ничего сверх), но вот записи разговоров с Ахматовой куда как интересны. Интересны они демонстрацией того, насколько ее взгляды совпадали с взглядами Бродского. Вернее, с учетом временного фактора и авторитета: до какой степени Бродский повторял и развивал сказанное Ахматовой.

Найман во всех смыслах уступал Бродскому, потому интеллектуальной насыщенности текста, как в диалогах Волкова и Бродского, в “Разговорах” нет и в помине. Но по этой самой причине Найману можно доверять в передаче мыслей Ахматовой, т.к. он сам ничего столь оригинального придумать не способен.
Безусловно, говорить о мнении литератора, тем более столь значительного, как Ахматова, после прочтения двух книг ее друзей/протеже было бы ошибочно. Тем не менее можно допустить, что своим молодым друзьям – Бродскому, Рейну, Бобышеву и Найману, – она могла раскрываться этой своей стороной, высказывать именно такие взгляды, а Чуковской и Ардову или Эмме Герштейн показывать совсем другие грани своей личности. И то, что говорила Ахматова Найману очень похоже на то, что Бродский передавал как ее позицию или предлагал, как собственные взгляды.

Я ни в коей мере не хочу сказать, что Иосиф Александрович повинен в плагиате. Нет, он был как минимум не менее глубок, чем Ахматова (на мой взгляд заметно сильнее, как поэт, да к тому же и “философичнее” – в положительном, а не ёрническом смысле), потому ему не было нужды приписывать себе чужие взгляды. Тем не менее рискну предположить, что взгляды Бродского были в значительной мере развитием взглядов Анны Ахматовой. Он их развил, в чем-то разработал дальше, но ее влияние на его литературное мировоззрение было огромным.

Наверное, любой крупный писатель (поэт, философ, мыслитель, ученый) подвержен когнитивному искажению “я это придумал”, кое я бы рискнул на английском назвать “ab ovo fallacy” (ну, не совсем на английском, а с вкраплениями латыни, если уж совсем точно). Сейчас поясню.

Мы все склонны приписывать себе большую независимость сознания, чем это может быть доказано. Наши идеи в значительной мере – пересказ чужих, перетолковывание или комбинация чьих-то идей. Бывает, что мы проходим тот же путь, что и какой-то гений до нас, как бы заново открывая то же, что и он, но мы не только отталкивались от той же исходной точки, но и, не подозревая об этом, получали информацию от тех, кто был знаком с открытием гения, и в какой-то – пусть даже скрытой, – форме представлял эти концепции, как нечто известное или очевидное.
Таким образом, наши “открытия” не могли бы совершиться, если бы их много раньше не сделал какой-то гений. Это то, что касается нас, простых людей.

С крупными талантами ситуация несколько иная: они, как я подозреваю по косвенным признакам, полагают себя создателями собственных идей и теорий в заметно большей степени, чем это на самом деле так. Особенно в случае значительного публичного внимания к их персонам.
Я не оспариваю вклад гениев или их отличия от нас, обычных людей. Но каждый гений не только стоит на плечах предшествующих гениев, но и в своих работах, в свох логических построениях отталкивался от идей крупных специалистов, талантливых людей. Развивал ли гений или опровергал эти идеи, не имеет значения. Они в любом случае были отправной точкой. И значимость этой самой отправной точки и оспаривается гением, коему кажется, что он всё придумал сам. И чем больше гений получает внимания, тем большей ему кажется собственная оригинальность и интеллектуальная независимость. Гению кажется, что свою теорию он создал сам практически с самого начала, как говорили древние – “от яйца” (“ab ovo”). Но это заблуждение.

Ничего подобного “ab ovo fallacy” в списке когнитивных искажений в англоязычной Википедии нет. Хотя закон Стиглера, гласящий, что открытия называют отнюдь не в честь первооткрывателя, в какой-то мере близок.

Одним словом, говорить о взглядах Бродского вне контекста взглядов Ахматовой по тем же самым вопросам, будет неверно. Потому книгу Наймана рекомендую всем поклонникам Бродского.

В том же издании – Эксмо, 2002, – помимо “Рассказов” есть так называемые “дополнения” – эссе Наймана на близкие темы. Литературоведческие статьи Наймана о произведениях Анны Андреевны мне понравились – достаточно глубокие, но при этом не занудные, а вот эссе “Великая душа” о Бродском скорее выдает зависть Наймана к Бродскому, причем демонстрируя огромную разницу в таланте и значимости, что я бы честно посоветовал Анатолию Генриховичу никогда больше не публиковать сей опус.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s