Научное объяснение шутки

Есть такое шуточное стихотворение:

С лицом измученным и серым,
На белой смятой простыне,
Как жертва бешеной холеры,
Лежит коленками к стене…
Протяжно стонет, как при родах.
Трясётся градусник в руках.
Вся скорбь еврейского народа
Застыла в суженных зрачках.
По волевому подбородку
Струится пенная слюна.
Он шепчет жалобно и робко:
«Как ты с детьми теперь одна??..»
В квартире стихли разговоры,
Ночник горит едва-едва.
Темно… опущены все шторы…
У мужа тридцать семь и два!!!!

Причем это не единственная шутка на эту тему. Более того, подобные шутки есть и в англоязычном мире.
Вопрос не всем кажется смешным: есть вроде как научные объяснения, почему мужчины при простудах страдают больше, равно и обратные – что женщины и страдают, и жалуются больше.

Наверное, Вы, дорогой читатель, не относитесь к тем неимоверным счастливчикам, которые никогда не болели (если же Вам настолько повезло, то дальнейшее будет повествованием о том, чего Вы, к счастью, не испытали). И все, кто болел, испытывали странную разбитость, усталость, безволие, неспособность радоваться. Кто-то не обратил особого внимания, кто-то постарался после выздоровления забыть, но если простуда зацепила Вас относительно недавно, то при небольшом усилии все перечисленные выше ощущения (или часть оных) можно припомнить.

В прошлом столетии предполагалось, что все неприятные переживания – проявления интоксикации организма: мол, вирусы или микробы выделяют токсины, а мы, люди, в результате страдаем. Хотя толком механизм воздействия инфекционных агентов на психологическое состояние и не был понятен. В течение достаточного долгого времени физиологи, иммунологи и медики жили с убеждением, что за счет гемато-энцефалического барьера мозг не подвержен влиянию иммунной систему, словно бы отделен от нее. Но в конце 1990-ых появились первые экспериментальные данные о том, что иммунотерапия может приводить к депрессии. В статье по ссылке в предыдущем предложении (из “Nature” #1, 2008) описываются три механизма влияния реакций иммунной системы на мозг, а также возможные пути развития депрессии.

Наиболее детально авторы из университета Иллинойса в Урбана-Шампейн описали влияние цитокинов – пептидов, передающих сигналы от одной клетки к другой, но при этом не являющихся гормонами или факторами роста. Среди цитокинов есть интерфероны, интерлейкины, эритропоэтин (да-да, допинг!) и т.д. Интерфероны применяются для лечения тяжелых вирусных инфекций (например, гепатиты B и C), некоторых видов лимфом и лейкемий, рассеянного склероза. По началу врачи игнорировали развитие депрессии примерно у трети пациентов и не особо этим заморачивались (все же боролись с более серьезными болезнями). Однако в конце концов выяснилось, что именно используемые для лечения цитокины вызывают депрессию.

По сути обсуждаемые интерфероны и интерлейкины (отнюдь не все) вызывают воспалительную реакцию, которая помогает организму справляться с инфекцией или злокачественными клетками. Что можно заметить с помощью так называемых маркеров воспаления. Потом обнаружили, что сами по себе маркеры воспаления могут помочь в диагностике депрессии: их повышение коррелирует с развитием симптомов депрессии, особенно при многолетнем наблюдении.

Исследователи из университета Калифорнии в Лос-Анжелесе подчеркивают влияние стресса, как потенциального активатора воспаления, которое через упомянутые выше цитокины приводит к депрессии. К похожему результату может привести и иммунизация и вакцинация: повышенная активность иммунной системы и в данном случае может привести к депрессии.

Одним словом, сейчас полагают, что в некоторых случаях воспаление – главная причина депрессии. И для лечения депрессии нужны не только “Прозак” и его более современные аналоги, но и средства, снижающие воспаление (разумеется, если есть признаки оного, например, повышенные уровни маркеров воспаления или некоторые болезни, свойственные для повышенной активности иммунной системы, как остеоартрит и псориаз).

В журнале “Nature” #1 за этот год (2016) опубликована статья, объясняющая эволюционную подоплеку странной связи воспаления и депрессии. Авторы исходят из того, что наши предки жили в среде, где наибольшую опасность представляла инфекция – вирусы, бактерии, паразиты. Потому естественный отбор давал наилучшие шансы не только тем, кто мог справляться с заразой, но и препятствовал развитию эпидемии: если больной человек уменьшал число контактов с соплеменниками во время болезни, у группы повышались шансы выжить и дать больше потомков, чем у той группы, где иммунная защита не приводила к временной самоизоляции больных.

Описанная изоляция и ограничение активности позволяли сберечь ресурсы организма для главной задачи – борьбы с инфекционным агентом. Одновременно с симптомами, напоминающими депрессию, проявляются симптомы беспокойства, настороженности, стремление к социальной изоляции, что снижало вероятность конфликтов и драк. Последнее помогало выжить (ослабленному болезней защищаться тяжело) и не давало инфекции распространяться в племени.

Подчеркивается, что женщины в большей степени демонстрируют “депрессивное” поведение, чем мужчины с тем же уровнем цитокинов в крови (равно у женщин выше и вероятность развития депрессии при терапии интерфероном-альфа). По мнению исследователей это позволяло женщинам избегать части контактов с патогенами (что – это уже мой вывод, – особенно важно для выживания детей младшего возраста, находящихся около матери).

Ученые отмечают влияние флоры кишечника на настроение человека: стресс может привести к попаданию не-патогенных микробов из кишечника в кровоток, что вызывает воспалительную реакцию (а дальше уже упомянутый механизм через цитокины – до депрессии).

Итак, простудившийся человек борется с инфекцией, что вызывает повышение уровня веществ, которые негативно влияют на настроение (цитокинов). Отсюда же и потребность уменьшить контакты с миром.

То есть можно понять желание свернуться дома клубочком и никого не желать видеть, ни с кем не общаться, ничего не хотеть делать. Но откуда тогда эта смешная реакция “ах-я-умираю!”? Поскольку научные статьи ответа не дают, позволю себе поспекулировать.

Первое, начнем с культуры. Традиционные гендерные роли предполагают, что мужчина не жалуется, что он сильный, защитник и т.д. Потому в подавляющем большинстве случаев простуда переносится на ногах. Если же заболел так, что слег, видимо, воспаление наложилось на стресс, что усилило продуцирующий развитие симптомов депрессии эффект цитокинов. В какой-то мере это подтверждается тем, что герои шуток – насколько можно понять по контексту, – заняты умственным/офисным трудом, где стрессы сильнее, чем при физической работе.

Второе, шутка почти всегда – преувеличение, гиперболизация, доведение до абсурда. Плюс когда тот, кто предполагается сильным, оказывается совсем слабым, это кажется куда более смешным, чем когда ослаб тот, кто изначально считался более слабым.

Третье, как мне кажется, есть связь между депрессией и экзистенциальным страхом смерти: плохое настроение заставляет думать о смерти, а страх смерти ухудшает настроение. Хотя это звучит логично, ни на какие исследования я сослаться не могу. Почему-то ничего подобного – насколько можно полагаться на поиск в интернете, – не изучали (максимум – сравнивали людей, коих подвигли к мыслям о смерти, с теми, кого подтолкнули к мыслям о депрессии).

Я не нашел различий в реакции на мысли о смерти у мужчин и женщин, но мне кажется, что если выделить отдельно состоящих в браке (смешное “умирание” мужа предполагает наличие жены), то у женщин должна быть в среднем большая устойчивость к мыслям о смерти, чем у мужчин, т.к. женщина сильнее привязана к детям, а это как бы аналог бессмертия. Мужчины (те, что в браке) в среднем случае больше ориентированы на карьеру и личные достижения, тогда как для противодействия мыслям о смерти нужны более крепкие социальные связи, а не творческие потуги, или большее число детей. Что косвенно подтверждается, если вспомнить о популярности фильмов типа Click с Адамом Сэндлером или Эта прекрасная жизнь Фрэнка Капры, где показывается насколько семья (и община, окружение) важнее работы, пусть даже творческой. Подозреваю, что обратный вариант публику бы в кинозал/к просмотрам в Netflix не привлёк. То есть скатиться от временного снижения настроения, вызванного воспалительным процессом, через мысли о смерти в депрессию мужчинам должно быть легче. Во всяком случае, если мы говорим о состоящих в браке.

Однако если от спекуляций вернуться к фактам, то депрессия у женщин диагностируется в два раза чаще, чем у мужчин (если быть совсем точным, то в 1.9 раз). Женатый мужчина имеет меньшие шансы на депрессию, чем холостой, а замужняя женщина – более высокие, чем незамужняя (но это среди жителей Северной Америки, а вот в Индии, к примеру, незамужние дамы больше страдают от депрессии, чем те, что в браке).

Так что мужские утрированные страдания в шутках хоть и имеют под собой некие основания – борьба с инфекцией сопровождается ухудшением настроения и желанием побыть в одиночестве, – но являются не более чем редким курьезом.

Не правда-ли, это был очень долгий способ показать, что шутка была всего-лишь шуткой 🙂

This entry was posted in Uncategorized and tagged , , , . Bookmark the permalink.

2 Responses to Научное объяснение шутки

  1. Anonymous says:

    Вы переводчик и психоаналитик? Извините, если попала и если пальцем в небо, тоже извините! Внезапное озарение.

    • khvostik says:

      ни то, ни другое 🙂 но какое это имеет значение? 😉
      я достаточно долго был поклонником Фрейда, вроде бы неплохо знаю английский (что и ожидается от живущего в англоязычной части Канады).

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s