“Фейсбук” как социометр

Смотревшие фильм Социальная сеть, представляют основную идею, позволившую создать наиболее популярную социальную сеть – возможность оценить привлекательность девушек и парней. Разумеется, значение разросшейся социальной сети в современном мире кажется много большим, но механизмы психологического воздействия, возникновения зависимости от “Фейсбука” остаются во многом теми же, что и у прототипа.

Психолог Марк Лири, нынешний президент Ассоциации по психологии личности и социальной психологии (“Society for Personality and Social Psychology”) предложил и долго продвигал гипотезу социометра, увязывающую самооценку человека с тем, как его воспринимают другие.

Но прежде, чем говорить о социометре, я бы хотел упомянуть иные подходы к объяснению причин нужды в самооценке.
Сторонники теории экзистенциального страха смерти (Terror management theory) предлагают иное объяснение нужды в самооценке. Их доказательства скорее корреляционные, чем каузационные: поскольку повышение беспокойства, нервозности негативно влияют на самооценку, а повышение самооценки позволяет снизить негативное влияние нервозности и одновременно уменьшает эффект необходимости думать о смерти (mortality salience), значит экзистенциальный страх смерти крепко связан с самооценкой.
Плюс мысли о смерти повышают нужду в более высокой самооценке и заставляют людей с низкой самооценкой крепче держаться за культурные нормы общества, к коему относят себя. Более того, мысли о смерти влияют на чувство принадлежности к группе: положительные характеристики группы усиливают чувство связанности с ней, негативные – ослабляют. Поясню на примере: если испаноязычные американцы читают статью о преступности среди испаноговорящих же, потом пишут эссе о неприятных событиях – о тяжелом экзамене, визите к стоматологу или о смерти близкого или их будущей собственной смерти, – то последующая оценка ассоциированности с общиной (т.е. другими латинос) будет ниже, если исследователи подвели испытуемых к экзистенциальному страху смерти, если же первая статья была о достижениях испаноязычных футболистов, то те же самые эссе приведут к более высокой оценке связи с общиной (под влиянием мыслей о смерти и вытекающих из них попыток крепче зацепиться за культуру и мораль, как средства защиты, барьеры, амортизаторы).

Интересно, что повышение самооценки (с помощью якобы положительных результатов тестирования или даже астрологического прогноза) после подведения к мыслям о смерти еще больше усиливается. Это хорошо стыкуется с гипотезой, что повышение самооценки – один из психологических механизмов защиты от страха перед исчезновением, ужасом перед идеей смертности.

Судя по качественному обзору литературы, экзистенциальный страх смерти и гипотеза социометра – два наиболее важных теоретических столпа в объяснении важности самооценки в современной психологии.

И если Terror management концентрируется на внутренних причинах, то социометрическая теория – на внешних. Марк Лири проводил довольно много экспериментов, посвященных тому, как манипулируя отношением к человеку можно поднять или опустить самооценку.

В общем все очевидно – нам, людям, нужны поглаживания и чувство принятия, симпатии, поддержки со стороны тех, кого знаем. Нас любят – мы полагаем себя хорошими, ценными, и очень этому рады. И наоборот. Кажется, странным, что исследователи доказывали очевидное. Однако не будем забывать, что падение яблок (и прочих предметов) наблюдали в течение тысячелетий, но задумался о причинах и объяснил их именно Ньютон, а не те многочисленные миллионы, что принимали порядок вещей за данность.

Итак, посмотрим, что предлагает Facebook: круг друзей, подсчет “лайков” и количество зрителей. Примерно тоже самое – только с меньшим количеством текста в сообщении, – насколько я понимаю предлагает Twitter и многие другие социальные сети.
Фактически мы имеем систему с положительной обратной связью: ты пишешь, это нравится, тебе ставят “лайки”, самооценка поднимается, ты комментируешь что-то еще, ставишь “лайки” другим (особенно тем, кто похвалил тебя – привет кукушке с петухом 🙂)…

Я успел за свою интернетную жизнь пообщаться и в обычных форумах, т.е. без функции “нравится”, и в ЖЖ, где поддержку выражали с помощью “+1” (вплоть до “плюстыщапяцот”). Безусловно, общение ценно не только похвалой, но и возможностью выплеснуть негатив на виртуальных противников, разбить их (вернее воображать, что разбил, т.к. только это и могло случиться, переубедить настоящего противника в интернет-споре невозможно, да и в реале тоже; максимум – можно сдвинуть колеблющегося ближе к своей позиции, чем к противоположной)… Ну, и самое важное – убить время не особо постыдным способом (все же не тупые игры, пасьянсы и т.п., тут почти дело, будто в гости сходил и пообщался).

Тем не менее одна, как мне видится, из причин, по которым Facebook затягивает – его фукция как социометра: чем больше у меня друзей и “последователей”, чем больше “лайков”, тем выше самооценка. Мы начинаем уподобляться крысе, которой вживили электрод в “центр удовольствия” и она наяривает на педаль, вызывающую электрическую стимуляцию оного центра.

Да, возможность общаться с единомышленниками важна. Особенно в свете растущей социальной разобщенности горожан. Тем не менее, рискну предположить, что именно повышение самооценки – главная причина, по коей мы “подседаем” на социальные сети.

Из исследований Лири в частности следует, что получение негативных отзывов заставляет или уходить от конкретных контактов (“за что осел не любит петуха? за то, что тот критиковал осла нещадно”), или вообще избегать данной формы общения.
И здесь мы обнаруживаем преимущества социальных сетей: заблокировать (внести в “черный список”) или перестать видеть сообщения неприятного человека заметно проще при интернет-общении, чем в реальной жизни. Отсюда растущая тенденция ограничивать общение соратниками и группой поддержки, уходя всё больше из реального мира, где могут сообщить нечто не особо лестное и уклониться от этого или оспорить толком нельзя.

Из вышесказанного следует, что социальная сеть, где можно получать не одни “лайки”, но и “дислайки”, не имеет особых перспектив на рынке – она будет здорово проигрывать тем, где ограничиваются только положительной обратной связью. Потому шансов на то, что Facebook введет функцию “не нравится” (“Dislike”) стремятся к нулю (или компания разрушит сама себя).

Возможность удовлетворять психологические потребности людей – одно из самых удачных и долгоиграющих маркетинговых решений. Социальные сети с данной задачей справляются, так что в обозримом будущем они никуда не денутся (что не означает, что конкретная корпорация будет процветать, но нам, потребителям, до того дела нет). Или я должен был сказать: мы от них никуда не денемся? 🙂

This entry was posted in Uncategorized and tagged , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s