В головах вождя и толпы

Вероятно, есть не только двух процессная теория сознания, но и другие объяснения того, почему человеческое мышление столь склонно к всевозможным когнитивным искажениям. На данный момент причина и принятое большинством ученых объяснение не столь важны, как факт подтверждения наличия когнитивных искажений в большом числе воспроизводимых экспериментов.

Для удобства и чтобы продемонстрировать собственную склонность к переоценки значимости недавних событий (availability bias) рассмотрим всё на примере событий вокруг Крыма, ведь они продолжают развертываться и информации довольно много.

Никакой информации о детстве и прочих психических травмах и комплексах нынешнего президента РФ у меня нет, полагаться на “биографии” не считаю нужным. Засим говорю только о том, что могло повлиять на его решения, исходя из общих принципов, а не жажды поиграть в психоаналитика.

Начнем с самого значимого – фундаментальной ошибки атрибуции, т.е. склонности приписывать свои успехи своим достоинствам, а чужие – везению, в случае же неудач – наоборот: мне помешали обстоятельства, а сосед – просто дурак. Повышение мировых цен на нефть и прочее сырье – главный источник относительного благополучия РФ, а также один из факторов, определяющих трудности украинской экономики, но в “главный по Кремлю” воображает, что он сам лично поднял Россию “с колен”, а Украиной управляют, как он вероятно полагает, дураки.

Тут можно добавить не такие значительные, но удачно дополняющие ошибки восприятия, как неспособность заметить собственную предвзятость (bias blind spot), убежденность, что я понимаю других лучше, чем они меня, и прочие интересные Эмили Пронин вещи.

Второй по значимости пункт – ошибка подтверждения (confirmation bias): чтобы российский президент ни придумал, и он сам, и все его советники смогут подтвердить – пусть за счет манипуляции с данными, из коих выдергиваются удобные или удаляются неудобные (смотря как много хотят оставить).

Несколько в некоторой степени связанных когнитивных искажений: эффект рамок (“фрейминг”, framing), “эффекта якоря” (anchoring) и “прайминг” (priming, т.е. зависимость восприятия информации от вложенного в подсознание заранее). Если человеку сообщить некую информацию, то его последующие гадания о другой, не известной ему (точно) информации будут зависеть от изначально предложенной. Психологи чаще демонстрируют это на цифрах: например, просят покрутить колесо рулетки, которое может остановиться или на 10, или 65 (о чем испытуемые не знают), а потом просят оценить долю африканских стран в ООН. Эффект рамок определяет то, в какой форме информация воспринимается положительно, а в какой отрицательно: разведчик – хороший, шпион – плохой, согласиться спасти 200 жизней из 1000 легче, чем дать умереть 800 из той же 1000.

Иллюзия контроля (включая overconfidence effect), иллюзия превосходства (illusory superiority) и искажение памяти о собственных поступках в прошлом, например, принятых решениях (choice-supportive bias), заставляют верить в собственную непогрешимость и историческое значение (тут добавляется и фундаментальная ошибка атрибуции, и ошибка подтверждения).
Если я всё могу контролировать и никогда не ошибался в прошлом (кто же рискнет напомнить?!), то я буду совершать ошибку планирования (planning fallacy), свойственную всем, но в больших масштабах. И в моих планах нет места для провала или более скромных достижений (exaggerated expectations), я такую возможность даже не рассматриваю!

Есть у людей тенденция избегать риска (loss aversion), если ожидаем чего-то хорошего (1 доллар без условий лучше 50% вероятности получить 5 долларов), но рисковать если боимся, что нас ждут неприятности (50% шансов потерять 5$ предпочительнее, чем точно отдать $1.5). Вместе и позитивная, и негативная склонности называются эффект ложной уверенности (pseudocertainty effect). Поскольку смена власти в Киеве и экономическая ситуация в России скорее негативны в плане перспектив для пожизненного президенства, то склонность идти ва-банк (irrational escalation) могла проявиться с большой вероятностью.
Также легче пойти на больший риск, если это создаст ощущение большей уверенности, чувство стабильности (risk compensation).

Эффект Даннинга-Крюгера, т.е. неспособность понять собственную некомпетентность, определяет поведение тем сильнее, чем меньше шансов на получение обратной связи (последняя довольно быстро помогает нам, простым смертным, обрести связь с реальностью). То есть на Обаму влияет чуток меньше, чем на крошку Цахеса из Кремля.

Судя по всему, “оранжевая революция”, как и революция в Грузии, оставили серьезный след в памяти российского почти-пожизненного (negativity bias), так что он болезненно реагирует на все подобные мероприятия – хоть на Болотной, хоть на майдане Независимости. И видит всех, кто участвует, и особенно взглавляет, такие протесты исключительно в черном цвете -ведь они все одинаковые “бандеровцы” (outgroup homogeneity bias).

А ведь еще есть и склоность сохранять статус кво (status quo bias), стереотипное видение противников (в данном случае как “фашистов“), плюс эффект ореола (halo effect), как в положительном, так и в отрицательном смысле – если наш, то хороший во всем, если их, то плохой опять же во всем.

Это были когнитивные искажения, способные повлиять на принятие решения фюрером из Ново-Огарево.
Теперь перейдем к тому, что могло исказить восприятие широкими народными массами.

Поскольку в России основной источник оболванивания населения и влияния на подкорку масс находится в руках Кремля, то эвристика доступности, т.е. тому, что повторяется по десять-двадцать-сто раз на дню по ТВ (availability heuristic и availability cascade), проявляется очень сильно. И принять за правду то, что слышал многократно, гораздо проще, чем новую концепцию, свежую информацию (illusion of truth effect)

Теле-пропагандисты активно используют эффект фокусировки – заставляют зрителей концентрироваться на одном аспекте (недопустить “фашизм”), но не на долгосрочных последствиях как для бюджета, так и восприятия в мире, людям не дают возможности задуматься, что пострадать (пусть только финансово) могут и они сами, и те, кого они якобы спасают.

Но когда агитируют со всех углов, то у самих журналистов, а потом и у народа возникает ощущение, что все считают также, как они – альтернативу-то не допускают до эфира (false consensus effect).
И группомыслие начинает влиять на отставших (Bandwagon effect). Причем по мере развития событий начинает влиять “я-это-знал” (hindsight bias): чем дальше, тем кажется очевиднее именно данный, случившийся в реальности вариант. И люди начинают менять свою память – воспоминания о собственной позиции всё более и более подгоняются под уже известный результат.

Апостериорная рационализация (post-purchase rationalization) укрепила в мнении не особо твердых и тех, кто держался до последнего, – пока Крым не захватили и не аннексировали. Если результат хороший (“Крым наш!”), то значит и всё, что к нему привело, и тот, кто решение принял, хорошие!

Стадное чувство заставляет проецировать на всех вокруг собственные мысли и чувства. И восторг выливается в окружающую среду, где на непродолжительное время, провоцирует аналогичные восторженные излияния у наблюдателей и случайных прохожих.

В отношении несогласных, оппозиции возникает неприятие, а все украинцы или как минимум та, часть, что против Януковича, судятся также как какой-нибудь Мирошниченко, Тягнибок, Ярок или Сашка Белый (group attribution error).

В дополнение к давно принятым и не оспариваемым в психологической науке когнитивным искажениям, я бы отметил подтверждение не особо популярной гипотезы Филипа Тетлока о защите священных ценностей (sacred value protection model) – со всеми правильными словами про то, “чтобы не заляпали своими грязными руками”, “беречь как зеницу ока”, “заветы отцов”, “святая святых” и проч. псевдо-моральное враньё, коим любят прикрывать обычное воровство оболваненные в интернете и оболванивающие в СМИ.

Теперь пара моментов, связанных именно с Крымом: хорошее отношение именно к данному региону Украины связано с тем, что он знаком большей части публики, чем прочие области (mere exposure effect). Поскольку все мы лучше помним хорошее (rosy retrospective), то к обсуждаемому полуострову теплые чувства не только у толпы, но и вождя.

Разумеется, на толпу, подбрасывающую во славу бесноватого фюрера из Кремля чепчики, влияют и фундаментальная ошибка атрибуции, и эффект Даннинга-Крюгера, и селективное восприятие информации, и ошибка подтверждения, и желание сохранить статус кво, и эффект псевдоуверенности, и склонность к оптимизму, и очернение оппонентов, и завышенные ожидания, и неспособность заметить собственную предвзятость, и эффект рамок, и “якорение”…

Исходя из тех же посылок, совсем не сложно предугадать, каким будет отрезвление:
– ценность Крыма для россиян окажется большей, чем сейчас (получили вообще на халяву), отдавать будет жалко (endowment effect), -как это сейчас чувствуют украинцы;
– завышенные ожидания – о позитивных последствиях аннексии территории соседа и якобы вырисовавшейся крутизны России;
– желание получить всё и сейчас, а не что-то когда-нибудь потом (hyperbolic discounting), т.е. падение рейтинга фюрера будет куда круче, чем его рост на патриотическом угаре;
– по мере того, как народ будет разочаровываться в последствиях военной авантюры, всё больше людей из лагеря поддерживающих Путлера, будут переходить в лагерь “я-заранее-знал” (hindsight bias);
– продолжительность положительного эмоционального воздействия будет куда короче, чем ожидают в Кремле или прислуживающих СМИ (impact bias);
да и эффект контраста может повлиять – когда выяснится, что всего того же, чего достигли, можно было достичь гораздо спокойнее с меньшими репутационными потерями и много дешевле…

Полагаю, что стоит отметить и несколько когнитивных искажений, свойственных, насколько я могу судить, в основном оппозиции российского вторжения в Крым.

Каким бы ни было сумасшедшим происходящее сегодня, ситуация обычно устаканивается, от экстремальных значений смешается к средним (regression to mean).

Чем больше знает человек, чем меньше он подвержен влиянию эмоций, тем больше оттенков и правоты у каждой из сторон он наблюдает (curse of knowledge). Потому желание определиться вынуждает зачислить в ряды врагов тех, кто избегает односторонней упрощенности.

К моему удивлению, многие из тех, кто прежде находились в оппозиции Путлеру, вдруг сменили взгляды. То есть предложения, исходящие от идейного противника, не отметались с порога, как следовало из “реактивной девальвации мнения” (“reactive devaluation“). Что оставляет множество вопросов о качестве и идейных мотивах части в-прошлом-оппозиции, но не будем увязать в мелочах.
Скорее всего, часть оппозиции войне с Украиной (если кусок территории оттяпали, это все же война) определялась “духом противоречия”. Если Кремль что-то предложил, следовательно, это ужасно и плохо. Но оценить, насколько данное когнитивное искажение на самом деле влияло, я не могу. Разброс может быть от долей процента (несогласных, а не всего населения РФ) до нескольких десятков процентов – гадать смысла нет.

Ну, и напоследок должен предупредить, что поскольку собственные когнитивные искажения я заметить не могу, то на мою подборку и логику, неизбежно, повлияла моя собственная предвзлятость в данном вопросе (и вообще по жизни). Так что ничего объективного предложить не могу, а только субъективное. Что, в свою очередь, очень предвзято и избирательно будет воспринято Вами.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s