Память на службе у мифа

Днями прочитал статью о том, насколько критично и скептично следует относиться к показаниям свидетелей-очевидцев. Поскольку упоминались исследования Элизабет Лофтус из университета Калифорнии в Ирвине (американцы произносят Ирвайн, но я привык к советскому “Ирвин”), работавшей прежде в Вашингтонском университете (University of Washington). Накопал и прочел несколько ее статей.

Профессор Лофтус вместе с бывшим супругом Джеффри Лофтусом занималась изучением памяти в том числе формированием ложных воспоминаний (перевод одной из ее статей по данному вопросу на русский тут).
В многочисленных лабораторных экспериментах (более 200 экспереиментов, в коих принимали участие более 20 000 человек) было показано, как включить некий придуманный эпизод в воспоминания или создать живую, яркую память о том, что никогда не имело места в реальности. Одна важная поправка – у значительного процента людей, т.е. отнюдь не всем можно навязать воспоминания или изменить оные.
Можно манипулировать памятью с помощью ссылок на родителей/родных или использовать смонтированные фотографии. Например, так:

Edited memory

Заинтересовавшиеся “синдромом ложных воспоминаний”, могут порыться на сайте соответствующей организации.

Одна из сфер практического применения ее исследований – доказательство того, как легко можно манипулировать свидетельствами очевидцев в суде. Полиция показывает несколько раз свидетелю фотографии подозреваемого, а то и его самого, в результате возникает “узнавание”. Разумеется, речь идет об ошибочном узнавании, когда обвиняют не того человека, потому перепроверка, если она возможна, как например, с помощью анализа ДНК в случаях изнасилований, обнаруживает, что посадили не того (уже в 2004 суд освободил не менее ста таких жертв полицейского и прокурорского произвола/непрофессиональности).

Но в относительно недавнем прошлом существовала еще одна совершенно вопиющая в плане бездоказательности с жуткими последствиями для обвиняемых мода – обвинять родителей в насилии над детьми, воспоминания о коем якобы были “подавлены”, а всплыли только в ходе психотерапии. Профессор Лофтус назвала вещи своими именами: в значительном проценте случаев мы имеем дело с индуцированными воспоминаниями, вложенными в головы не особо добросовестными психотерапевтами. Плюс стадный эффект, желание прославиться или собезьянничать поведение тех, о ком написали в газете/журнале. Не говоря уж о желании “срубить бабло”, а то и гадко отомстить за что-то (это я от себя).

Поскольку в статье упоминалась совершенно жуткая статистика, я решил было, что возможно дело в широкой интерпретации термина или вообще жестоком обращении с ребенком (child abuse), например, физических наказаниях, а не о совращении малолетних (child sexual abuse). Я ошибался. Вот как определяют: “It is any sexual activity between adults and minors or between two minors when one forces it on the other.
This includes sexual touching and non-touching acts like exhibitionism, exposure to pornography, photography of a child for sexual gratification, solicitation of a child for prostitution, voyeurism and communication in a sexual way by phone, Internet or face-to-face.”
Это любая сексуальная активность между взрослыми и детьми или двумя детьми, когда один заставляет/принуждает другого.
Это включает сексуальные прикосновения и дистанционные действия, типа эксгибиционизма, предоставления доступа к порнографическим материалам, фотографирования детей для сексуальных целей, склонение к проституции, вуайеризму и общению на сексуальные темы.

Весьма точное и разумное определение всего того, что может считаться развращением малолетних. Никаких ловушек.
Но тот же источник выдает и следующее: Researchers have suggested rates varying from 1% to 35%. Most professionals in the field of abuse use rates from 8% to 20%.

Пардон, если исследователи выдают разброс от 1% до 35% населения, мы имеем дело с бредом сивой кобылы, а не фактами.

Возможно, у меня было исключительное детство, но сменив 4 школы и 6 классов, имея массу приятелей, включая из не самых благополучных семей, а потом довольно много общаясь, я не слышал ни одной истории о совращении. В том числе от дам, которые были со мной куда как откровенны, рассказывая о своей интимной жизни. А тут получается, что каждая/ый пятая или десятая/ый должна была пройти через нечто жуткое.
Не поверю я, что в Советском Союзе ситуация была совершенно благостная, а в Штатах – чуть-ли не ад, где куда ни плюнь – сексуальное насилие над детьми.

Неужели разница в культуре так влияет? Или Голливуд? Но европейские исследователи тоже выдают высокие цифры.

Нет, дело в том, что тот же документ, откуда заимствовал определения, честно признает, что в абсолютном большинстве случаев никаких физических доказательств нет. Якобы поскольку у ребенка всё быстро заживает. Прошу прощения, но если мы говорим о сексуальном контакте, то разрыв влагалища или прямой кишки и после заживления оставляет рубец. То есть об изнасилованиях в абсолютном большинстве случаев речь не идет. А о чем же?

Якобы критериями совращения детей являются “поведенческие признаки”, которые включают депрессию, беспокойство, гнев, потерю аппетита, смену модели поведения, злоупотребление алкоголем или наркотиками, ночное недержание мочи, агрессия по отношению к собственному телу, боязнь определенных мест или людей, страшные сны и мысли о самоубийстве. Или использование слов, которые ребенок якобы еще не должен знать.

Увы, это политкорректный, но антинаучный бред. Если отталкиваться от последующих, в течение всей жизни случаев депрессии или доли наркоманов и алкоголиков, то мы безусловно можем дойти до упомянутых 35% “совращенных”. Только с таким “научным подходом” нужно вычислять число ангелов или демонов, умещающихся на острие иглы, а не долю пострадавших от вполне конкретных действий, имевших место в физическом мире.

Алкоголики и наркоманы отличаются тем, что у них чаще встречается внешний локус контроля, т.е. они считают ответственными за происходящее с ними других, а не самих себя. Естественно, удобнее переложить вину на то, что постоянно в запое или сидишь на игле, на якобы имевшее в детстве совращение. Тем более, что никаких доказательств приводить не надо.

Связь между совращением в детстве и склонностью причинять себе вред, как показывает мета-анализ, практически отсутствует.

Вообще значение совращения на последующую жизнь в шесть раз меньше, чем обстановки в семье.

Я не собираюсь оспаривать факт существования убийц или насильников, как и то, что есть уроды, нападающие на детей. Но все перечисленные факты не отменяют существования целой индустрии, паразитирующей вокруг совращения малолетних, и еще одной, помогающей вскрыть “подавленные воспоминания”.

Где-то в сердцевине нашей психики есть форма инстинкта сохранения вида в форме защиты детей, нетерпимости к тем, кто обижает детей. Примерно там же есть искаженная форма инстинкта самосохранения – желание защитить себя-ребенка.
Если защитить своих или соседских детей мы можем, то спасти себя-ребенка, себя в детстве невозможно. Правда, в качестве гиперкомпенсации можно культивировать страх, что нечто плохое могло произойти, и, “следовательно”, произошло.

Отсюда гипертрофированная реакция большинства нормальных людей на одно предположение, что Х совратил дочку или племянницу или является педофилом. Страх так силен и необъясним, что становится гневом, превращающим нас в толпу потенциальных линчевателей. Этим пользуются так называемые защитники детей из всяких социальных и психотерапевтических служб.

Иррациональность человеческой натуры проявляется в том, что несмотря на развитие общества и науки, мы постоянно садимся в лужу – ведемся на очередной миф: идем у него на поводу, демонстративно игнорируем отсутствие доказательств, обходясь одними страхами и желанием верить в ральность оных.

Развращение малолетних отнюдь не миф, зато миф, что оно случается с каждым двенадцатым или пятым ребенком, что можно полагаться на якобы раскопанную с помощью психотерапевтов память, что всё, что мы “вспомнили”, действительно имело место в реальности.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s