Будущее китайской экономики

Прогнозы о великолепном будущем китайской экономики появились не вчера, но их продолжают повторять и сегодня (ОК – месяц назад). Я прекрасно понимаю, что цель авторов статей или обзоров – привлечь к себе внимание. Но ведь такие статьи появляются в достаточно серьезных изданиях!

И тут я подумал о том, что прогноз крайне оптимистичного роста китайской экономики не учитывает одного – кому они будут продавать свои товары? Если в 2040 г. Китай будет производить 40% мирового ВВП (мне видится некоторая “оксюморонность” в данном термине, но черт с ним), тогда как Штаты – только 14%, а ЕС – 5%, то кто будет покупателем китайских товаров? Кто вырастет еще быстрее Китая, чтобы позволить китайцам продавать сумасшедшее количество как-ожидается-произведенного?

Да, первую упомянутую в этой заметке статью написал Нобелевский лауреат по экономике Роберт Фогель, так стоит ли уподобляться Моське, лающей на мертвого слона?

С другой стороны, ведь и Пол Кругман получил Нобелевскую премию по экономике, а несет ахинею, за которую и блондинке из анекдота было бы стыдно.

Ко всему прочему я не собираюсь оспаривать экономическую теорию или анализ, я лишь хочу разобраться в одном из важных, как мне кажется, постулатов.

Логично предположить, что скорость экономического развития любой страны в мире зависит от ситуации в других странах и в мировой экономике в целом. Хотя бы потому что производитель нуждается в покупателе, и цена товара определяется спросом и предложением.

Возможно, это моя личная экономическая безграмотность заставляет меня “изобретать велосипед”, но я бы рискнул предположить, что должна существовать некая формула – найдена она уже или еще нет, не суть важно, – определяющая предел скорости роста мировой экономики в зависимости от изменения численности населения, ситуации в крупнейших экономиках планеты, развитии экономических и финансовых институтов, степени глобализации… Ну, и еще десятка-другого каких-то факторов.

Если есть предел роста мировой экономики, то ускоренное развитие одной из национальных экономик должно подкрепляться замедленным развитием или сокращением размера другой (или других).

Собственно предположение о существовании такого ограничения на рост мировой экономики – логично вытекает из принципов: продать можно только то, что купят, для покупки необходимы ценности одинаково понимаемые и измеряемые обеими участвующими в торговле сторонами и т.д.

Я ни в коей мере не хочу свести пределы роста к увеличению числа людей и производительности их труда: есть еще много иных, влияющих на окончательный результат, переменных – устойчивость и при этом усложняемость финансовых институтов, фискальная политика государств, внешнеполитические конфликты, технологические прорывы, изменение оценок природных ресурсов, бюрократические препятствия на пути бизнеса и т.д.

Тем не менее Китай может производить больше только в той мере, в коей другие страны – ЕС, Япония, США, РФ и т.д. больше покупают.

Да, есть еще и внутренний спрос, но все известные ускорения в экономике происходили за счет экспорта, а не внутреннего спроса. Как ни крути, а Китай точно такая же экспортно-ориентированная экономика, как несколько десятилетий назад были Япония, Южная Корея, Тайвань.

В значительной мере рост китайской экономики был обеспечен перенесением производства из стран Запада. Но уход производителей в Китай и прочие развивающиеся страны одновременно означает снижение покупательской способности в самих западных странах.

Можно пытаться накачивать экономику кредитами, денежными вливаниями, придумывать новые финансовые инструменты, но от всех этих мер экономика не может вырасти, но исключительно раздуться. Как закормливаемый витаминами и высококалорийными продуктами ребенок не становится ни Тарзаном, ни Эйнштейном или Моцартом.

Я понимаю, что мои дилетантские рассуждения не во всем стыкуются с общепринятыми среди экономистов воззрениями. Я не хочу оправдывать их здравым смыслом, скорее – большей философской устойчивостью, чем у придуманных учеными сложных математических моделей. Безусловно, с моей, предвзятой точки зрения 🙂

Однако задумайтесь: количество работников конечно, количество часов в году конечно, производительность труда работника конечна, так почему не должен быть сведен к пределу рост стоимости произведенных людьми товаров? И если кто-то может добавить в уравнение дикое количество производных финансовых инструментов, то он при этом не сможет уговорить всех остальных людей в том, что оные инструменты им крайне необходимы, т.е. увеличивают реальное богатство мира, а не создают очередной пузырь.

В любой работающей системе заложено стремление к равновесию как бы путем маятниковых колебаний. Чем больше растет китайская экономика, тем больше зарабатывают китайцы, тем менее выгодно – при прочих равных, – перемещать или сохранять там производство.

Ко всему нельзя скидывать со счетов неэффективность бюрократического управления экономикой, т.к. чиновник ничем не рискует при принятии ошибочного решения или задержки решения (если не нарушает законы), т.е. у него нет нужды учиться на собственных ошибках и становиться лучше.

Одним словом, чрезмерно оптимистичные сценарии развития Китая, как и чрезмерно пессимистичные гораздо менее вероятны, чем того хотелось бы их авторам. Скорость развития Китая скорее всего будет падать вне зависимости от не самой благоприятной – к примеру, -демографической ситуации в стране, а по не зависящим от китайских властей причинам.
Аналогично с развитием любой другой экономики. И даже экономики планеты в целом.

This entry was posted in Uncategorized and tagged , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s