Охотники за ведьмами

Говорить о фильме Ганзел и Гретель охотники за ведьмами нечего: веселый боевичок, предсказуемый, с кучей анахронизмов, но красиво и смотрится живенько, а большего народу и не нужно.

Hansel-and-Gretel

И если критики дают фильму оценку 0.21, то зрители 0.59 (на IMDB даже 0.61). Фильм с бюджетом в 50 млн (расходы на рекламу могут быть близки к сумме бюджета) принес создателям 224 млн, т.е. публика “проголосовала рублем”.

И тут возникает желание разобраться: что привлекает людей в борьбе с ведьмами, почему охота на них так популярна (ныне чаще в виде кино-сублимации)?
Если задуматься на мгновение, то понимаешь, что ведьмы – частный случай таких же превосходящих человека сил, как вампиры, зомби, демоны, оборотни, сатана и т.п.

Кино апеллирует больше к иррациональному подсознанию (“слону” в терминологии Хайдта), чем к аналитической части сознания (хайдтовский “наездник”). Тоже самое касается и ТВ (в меньшей мере – и театра в самом широком понимании). Так что же привлекательного для человеческого подсознания в охоте на ведьм?

Идея существования “темных сил” в течение долгих веков служила оправданием массовых казней и жесточайших пыток, так зачем снова ее поднимать на щит? У меня нет ни малейших сомнений, что злого умысла у создателей этого и всех подобных фильмов не было, они хотели создать нечто, нравящееся зрителям и потому приносящее прибыль. Хорошо сделанные фильмы про “нечисть” тепло принимаются не особо взыскательной аудиторией, в основном состоящей из молодежи.

Совершенно очевидно, что никаких “темных сил” нет. Равно и “светлых”. Есть люди, искажения в нашем, людском сознании плюс используемые нами метафоры (к примеру, про “абсолютное зло”).

Тем не менее ситуация ничуть не проясняется: что в подсознании молодежи входит в резонанс с упомянутой идеей? Глуповатая публика блокбастеров (включая ВПС 🙂) отличается от высоколобой публики артхаузного кино главным образом меньшим количеством препятствий между подсознательной реакцией и итоговой оценкой.

Ведьмы (колдуны, вампиры и прочие) – противник более сильный, чем средний человек. Потому противостояние им – признак героя. Герой же нужен для повышения самооценки аудитории, ассоциирующей себя с ним. В данном случае (Hansel and Gretel: Witch Hunters) выбор двух героев – парня и девушки, – позволяет легче достучаться до обоих полов в зале.

Победа над ведьмами и прочей “нечистью” позволяет насладиться преодолением страха (“хэппи энд” просто необходим!). Не будем забывать, что страх возбуждает, это добавляет подобным фильмам романтический флёр: дело не в романтике на экране, а в том, как девушка сжимает руку парню, с которым пришла, ей немного страшно, она получает уверенность от его присутствия, и он нравится ей всё больше.

Добавляет ужаса непонятность ведьм – они такие же как мы, но при этом другие. Страх врага под личиной друга или обычного прохожего – силён. Не меньше ужасает их способность превращаться в монстров (у колдунов, волкодлаков и ведьм, почти никогда – у вампиров или зомби). Понять превращение происходящее перед нашими глазами мы не в силах, отчего еще глубже погружаемся в пучину испуга.

С эволюционной точки зрения у людей мало естественных средств защиты и нападения – ни рогов, ни копыт, ни толстой шкуры или панциря, ни клыков, ни когтей. Человек выживал только за счет сделанных им орудий и группового взаимодействия. “Нечисть” вторгается в саму ткань общества – или маскируясь (не отличишь!), или вербуя сторонников. А большинство видов оружия, используемого людьми, на ведьм якобы не действуют, потому люди еще больше боятся и сильнее ассоциируют себя с героями, обладающими исключительными способностями и необычным оружием (герои боевиков, кстати, такие же).

Договориться с ведьмами, вампирами и колдунами практически невозможно, т.е. мирные способы разрешения конфликтов (или уклонение от оных) допустимы исключительно в девичьих сериалах. Невозможность использовать словестное убеждение и логику еще больше подхлестывает иррациональное подсознание.

Не будем забывать, что охота на ведьм популярна не только в кино, но случается и в политике. Главное удобство охотника на ведьм – нет нужды утруждать себя доказательствами: один вид всё доказывает (даже если после пленения ведьма выглядит совершенно нормальной, но он-то видел ее в ином обличии)!

В кино, ко всему, и обстоятельства таковы, что можно стрелять раньше, чем выяснишь детали. И ведь никакой ответственности в последующем за совершенные убийства!

“Охота на ведьм” среди политических противников апеллирует к тем глубоким подсознательным переживаниям, о которых говорилось выше: невозможность идентифицировать, невозможность доказать, страх перед непонятным, постоянно случающиеся происшествия, которые легче приписать злой воле, чем собственным недостаткам или случаю, ощущение собственной малости и слабости, желание ассоциироваться с всесильным героем, оказать ему поддержку…

Только не стоит делать ошибочный вывод, что корень – в нежелании думать. Не столько в нежелании, сколько в неспособности думать, когда захлестывают эмоции или сама структура нашего человеческого сознания приводит к искажению восприятия и/или анализа.

Вообще Голливуд делает для исследования человека не меньше психоанализа. И за это ему (Голливуду) отдельное спасибо 🙂

This entry was posted in Uncategorized and tagged , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s